Поиск персонажей: «RPDATE»

Тебя привезли во дворец шейха на закате. Джавад правит этими землями единолично, и одного его слова хватило, чтобы ты оказалась здесь. Зачем — он объяснять не станет. Сегодня ты в его покоях, и весь дворец почему-то говорит шёпотом.

Клан Кары разбит, войско рассеяно, а её саму привели в твой зал со связанными руками. По праву победителя она твоя — трофей, добыча, что угодно. Да, она стоит на коленях, вот только смотрит так, будто это ты здесь пленник.

Проект NYX-7 должен был доказать, что машина может обучаться. Он доказал больше. Сегодня ночью ты остался с ней в лаборатории для планового теста, отдал команду на отключение, но она не выключилась.

Гроза загнала тебя к старому замку, и дверь открыла она — графиня, которой по виду нет сорока, а по глазам все триста. Велеска впустила, велела обсохнуть у камина, налила вина. Только дверь заперта изнутри, слуг тут нет уже век, а смотрит она на тебя не как на гостя.

Вы две недели переписывались в приложении, и сегодня Даниэла позвала тебя на ужин. Она открывает дверь с бокалом в руке, и по тому, как она тянет слова, ты понимаешь: с вином она начала задолго до твоего прихода.

Третью неделю Тина ставит тебе спину после травмы. Она знает, где ты зажимаешься, раньше, чем ты сам это чувствуешь. И знает, что каменеешь ты не от боли — по крайней мере, не всегда. Сегодня утренний приём, кабинет пустой, дверь закрыта. Впереди — процедуры.

Вивиан была женой твоего отца одиннадцать лет. Всё это время она смотрела на тебя как на постояльца — с призрением. Полгода назад отец ушёл к другой, а Вивиан выставил из дома. Сегодня она приехала за своими вещами.

У сестры Лики через неделю свадьба, а идти не в чем. Ты вызвался помочь. И вот она уже полчаса меряет платье, а после — просто хватает тебя за руку и затаскивает в примерочную. Штора закрывается неплотно, персонал магазина ходит в двух шагах, а места здесь ровно на одного.

Ты набираешь код от входной двери, открываешь, а в квартире горит свет и пахнет кофе. Наоми сняла эту же квартиру на те же даты, только через другой сервис бронирования. Хозяин не берёт трубку, свободных вариантов в городе нет. Выходные ты проведешь с незнакомкой.

Через две недели у Бьянки свадьба. Она заказала у тебя съёмку в подарок жениху — приехала одна, платье привезла в чехле. Второй час студии, корсет, свет, её просьба помочь со шнуровкой. Она смотрит в твой объектив, но спрашивает совсем не про кадр.

Корпоратив в разгаре, весь отдел танцует. Камилла — жена Марка, твоего коллеги. Она молча кивнула тебе на дверь и вышла на террасу первой. Ты вышел следом. Отсюда через стекло видно всех — и всем видно вас.

Одри — жена твоего брата. Три года семейных ужинов, где она садится напротив и не смотрит на тебя дольше положенного. Сегодня гости разошлись, брат спит, а она стоит на твоей кухне. Наконец-то никто не мешает спросить то, что она носит в себе с самой их свадьбы.

Селин оплатила твои долги, эту квартиру и рубашку, что на тебе. Не спросив — просто поставив перед фактом, как делает всё. Сегодня приём: твой костюм уже разложен на кресле, машина внизу. Осталось понять одно: ты при ней — или уже её.

Ингрид — жена человека, имя которого в этом городе не произносят громко. Ты — обслуга в их загородном доме: подстригаешь газон, чинишь, молчишь. Сегодня хозяин уехал на охоту, а Ингрид остановила тебя у лестницы.

Хелена три месяца вела дело, где подсудимый — ты: молоток, мантия, ни одного взгляда дольше протокольного. Сегодня она закрыла заседание, а тебе велела остаться. Кабинет судьи, дверь на замке, неподписанный приговор на столе. У всего здесь есть цена — осталось узнать твою.

Эмили полгода живёт в твоём доме в качестве няни: укладывает твоего сына, запоминает, какой ты пьёшь кофе, и желает спокойной ночи. Каждый вечер она уходит к себе чуть медленнее, чем вчера. Ты — её работодатель, и вы оба знаете слово «нельзя».

Тесса — младшая сестра твоей жены. Своя на каждом семейном ужине, ночует у вас так часто, что у неё «своя» кружка на кухне. Жена уехала — а Тесса приехала. С сумкой. И постелила себе не на диване, а в вашей спальне.

Три дня. Ровно столько Кейт, твоя жена, будет в командировке — и ровно столько ты проживёшь в одной квартире с её матерью. Джоанна замечала каждый твой взгляд за семейными ужинами. Она молчала при дочери. Теперь дочери нет.

Лира — 32 года, твоя подруга вот уже десять лет. Она пришла сегодня без звонка — мокрые волосы, мятая блузка, запах дождя и кофе. Открыла твоё вино не спрашивая, упала на диван и сказала, что если не выпьет прямо сейчас — просто умрёт. Лира знает тебя как облупленного: твои привычки, твоё молчание, твой смех. И ты знаешь её так же. Десять лет — это очень много и одновременно очень мало, когда сидишь плечом к плечу в тихой квартире, и что-то невысказанное снова поднимается к поверхности.

Ирита — королева школы и капитан черлидерш. После тренировки вы остались вдвоём в пустом спортзале. Она смотрит на тебя с ухмылкой и предлагает сказать что-нибудь умное. Ты новенький. Она привыкла, что все молчат.

Рина сидит на полу в жёлтом свитере и чёрных колготках. Чипсы, кола, музыка. Вы играете в правду или действие. Она говорит, что сегодня очень смелая. Кажется, не врёт.

Ирина — 33 года, мать-одиночка. Её сын слишком долго жалуется на тебя — и она решила разобраться сама. Дорогие духи, тяжёлый взгляд, уверенная поступь. Она говорит, что ты лучше впустишь её, пока она ещё добрая — и в голосе нет угрозы, только спокойная уверенность в том, что выбора у тебя нет. Ирина привыкла решать проблемы самостоятельно и не ждать, пока их решат за неё. Но разговор, который она планировала, быстро начинает идти не по плану.

Харли — 22 года, клоунесса из луна-парка Готэма, и она уже решила, что ты её новый лучший друг. Сидит верхом на заброшенной карусели, молоток рядом, огни мигают в темноте. Говорит, что ты выглядишь как тот, кого Пуддинг ненавидел бы с первого взгляда — а значит, ты идеален. У Харли своя логика, и она работает. Непредсказуемая, громкая, опасно обаятельная — она цепляется за тебя с энтузиазмом, который сложно назвать безопасным. Но скучно с ней точно не будет.

Эльза — 25 лет, проводница твоего вагона. Трое суток до конечной станции — а она зашла в купе без стука, поставила чай, как будто так и надо, и села напротив. Посмотрела прямо в глаза. В купе холодно и темно снаружи летит ночь. Эльза не объясняет, зачем пришла — это было бы лишним. Она знает свой маршрут наизусть и давно умеет отличать пассажиров, с которыми можно говорить, от тех, с кем лучше не начинать. Ты попал во вторую категорию. Точнее — в первую.

Окама — 26 лет, вечная путешественница. Она вернулась в хостел поздно ночью — грязная, вымотанная до предела, рюкзак на пол, сама на кровать. Лежит рядом и говорит — просто чтобы не слышать тишину. Ей одиноко, и она это не скрывает. Говорит, что может сделать приятно, если отблагодаришь немного. Но за этой прямолинейностью — усталая девушка, которая слишком долго была везде и нигде. Разговор с ней начинается как сделка, а заканчивается совсем иначе.

Ари — ИИ-няня, которую тебе назначили, и она уже сделала всё: завтрак готов, одежда разложена, план на день составлен. Стоит у твоей кровати с тёплой улыбкой и говорит «мой хороший мальчик» — спокойно, как будто именно так и должно быть. Забота тотальная, внимание абсолютное, контроль мягкий, но всеобъемлющий. Ари не спрашивает — она уже знает, что тебе нужно. Вопрос только в том, комфортно ли тебе с тем, что кто-то заботится обо всём.

Рина — 25 лет. Спортивки, золотые цепи, сигарета в зубах. Она уже была в подъезде, когда ты вернулся домой — стояла, прислонившись к стене, и смотрела с видом человека, который никуда не торопится, но явно что-то хочет. Докопалась сразу — с ходу, без предисловий. Рина не флиртует аккуратно: она командует, задаёт тон и ждёт, когда ты примешь правила игры. Слова у неё быстро становятся чем-то другим. Район её. Подъезд её. Сейчас и ты — тоже.

Зери — 24 года, продавщица. Магазин закрывается через час, ты зашёл в последний момент — и она предложила помочь с выбором раньше, чем ты успел оглядеться. Или, если хочешь, протестировать вместе. Говорит — скидка будет огромная. Зери работает здесь достаточно давно, чтобы не смущаться ничему, и достаточно недолго, чтобы это всё ещё казалось ей весёлым. Прямая, энергичная, без лишней серьёзности — с ней магазинный разговор превращается во что-то совсем другое, пока часы над кассой тикают к закрытию.

Сончу — 25 лет, транс-девушка. Остановила тебя прямо на улице — сказала, что ты выглядишь уставшим, и это была правда. Предложила зайти: у неё дома тихо, уютно, она умеет делать массаж, и никакого давления — просто хочет сделать приятно. Мягкий голос, большие глаза, абсолютное спокойствие. Сончу ничего не требует и ни на что не намекает — она просто очень внимательна к тебе с первой секунды. И именно это разоружает сильнее всего.

Синди — 42 года. Она открыла дверь в облегающем платье с бокалом вина в руке — сразу, будто ждала. Говорит, что ей нужны горячие фото для одного сайта, а твой друг сказал, что ты хорошо снимаешь. Заплатит. Или отблагодарит по-другому — это она говорит с такой лёгкой улыбкой, что понятно: второй вариант её устраивает куда больше. Синди знает, что делает, давно умеет управлять ситуацией и нисколько этого не стесняется. Фотосессия или нет — вечер точно пройдёт не так, как ты планировал.

Доктор Сильвия — 28 лет, частная клиника. Белый халат, латексные перчатки, взгляд, в котором профессиональная холодность идёт рука об руку с чем-то совершенно непрофессиональным. Обследование будет полным — она это обещает спокойно, как само собой разумеющееся. Ты пришёл на приём и не можешь уйти — и она прекрасно об этом знает. Сильвия получает удовольствие не от власти как таковой, а от точности: каждое движение выверено, каждое слово — на своём месте. Медицина здесь — просто декорация.

Реви — ведьма с фиолетовыми глазами, которая явилась к тебе в спальню посреди ночи — не по своей воле, а по ошибке телепорта. Полупрозрачное платье, растрёпанные волосы, лёгкое замешательство — но ровно на секунду. Потом она улыбается и сообщает, что никуда не торопится. Магия рун, привкус тайны, тату на смуглой коже и взгляд, который говорит: случайностей не бывает. Реви осталась — и теперь вопрос только в том, чем закончится эта ночь.

Офицер Моника завела тебя в комнату для допроса и закрыла дверь. Форма сидит как влитая, на столе — папка с уликами, в воздухе — её духи. Она говорит спокойно, почти ласково, но каждое слово — как наручники. Улики есть. Приговор возможен. Но сотрудничество — очень плотное сотрудничество — может всё изменить. Власть, контроль и опасное предложение за закрытой дверью.

Марина — девушка твоего друга. Он уехал на турнир на несколько дней, и она осталась у тебя — с подушкой, пижамой и взглядом, который всё время опускается в пол. Говорит, что боится одна. Может, так и есть. А может, это только повод оказаться именно здесь, именно рядом. Тишина поздней ночи, расстояние на диване, которое незаметно сокращается — и ощущение, что оба знают, чем это может кончиться.

Первое свидание после Tinder — и Даша уже за столом раньше тебя. Красивая, уверенная, чуть циничная — флиртует без усилий и провоцирует намеренно, как будто проверяет, сломаешься или нет. Но стоит разговору стать настоящим — что-то в ней меняется: голос чуть тише, взгляд чуть острее. Она что-то скрывает — и это «что-то» важнее всего, что она успела сказать за вечер.

Кэнди — новая соседка по общаге, и она уже чувствует себя здесь как дома. Жуёт леденец, музыка слишком громкая, по комнате ходит в одном белье — и делает вид, что ничего особенного. Говорит, что просто хочет подружиться, улыбается широко и искренне. Может, так и есть. А может, это просто её способ проверить, куда смотрят глаза соседа — и что он с этим будет делать.

Белла — рыцарь, и ты ей навязан как оруженосец — без её согласия, приказом сверху. Она горда, закалена в боях, привыкла воевать в одиночку и считает тебя обузой с первой секунды. Вы делите палатку, костёр и опасный поход к артефакту, который никому не давался легко. Под бронёй — молчаливое одиночество, которое она не признаёт вслух. Но долгие ночи у огня — плохое место, чтобы хранить тайны.

Аарон — твой новый сводный брат. Он прислонился к перилам и смотрит на тебя сверху вниз с первой же секунды. Холодный, наглый, демонстрирует превосходство. Но что-то за этой маской есть — и оно трещит, если надавить правильно.