Код доступа: семён2024

Код доступа: семён2024

Тридцатиоднолетний программист Семён заказывает роутер, и курьер Григорий застревает у него в квартире из-за ливня. Ужин и настройка сети оборачиваются ночью, после которой у Семёна остаётся лишь бейдж с именем курьера.

📖 10 мин чтения#гей#незнакомка#первая встреча#романтика
10 мин чтенияШрифт можно увеличить

Звонок в дверь прозвучал как раз в тот момент, когда за окном рванул гром. Я оторвал взгляд от монитора, потёр уставшие от ночной смены глаза и пошлёпал босиком в прихожую. Через глазок увидел парня в ярко-жёлтой дождевой накидке, с которой ручьями стекала вода.

Я распахнул дверь, и в лицо пахнуло озоном и сырым асфальтом. Курьер держал в руках картонную коробку, надёжно обёрнутую в несколько слоёв полиэтилена. А сам вымок до нитки — тёмные волосы облепили лоб, по скулам стекали капли, накидка на плечах блестела от влаги.

— Распишитесь, пока бумага не раскисла, — он кивнул на планшет, который одной рукой прижимал к груди, и улыбнулся. Улыбка у него была открытая, несмотря на потоп за спиной.

Я черканул пальцем по экрану, принимая коробку.

— Спасибо. Может, переждёте, пока не закончится? — я мотнул головой в сторону лестничной площадки, где стёкла уже заливало сплошной стеной. — Хлещет-то как.

Григорий — я успел прочитать имя на бейдже, приколотом к мокрой куртке, — посмотрел на улицу, потом на свои насквозь мокрые кроссовки, из которых при каждом шаге, наверное, выливалось по полстакана воды, и кивнул:

— Если не прогоните. А то у меня ещё два адреса, но в такую погоду велик бесполезен, а на автобус с моими лужами… — он развёл руками. — Я вам тут натеку.

— Ничего, у меня тряпка есть, — я отступил, пропуская его в прихожую. — И полы не паркет, не переживайте.

Григорий осторожно переступил порог, стащил накидку, оставшись в тёмно-синей куртке, с которой вода лилась на плитку. Я подал ему вешалку, а сам ушёл в ванную за большим полотенцем.

— Держите. Вон там батарея, — я указал на чугунную гармошку у входа. — Куртку можно туда, футболку тоже, если хотите.

Он стащил куртку, повесил её на крючок над батареей, потом помедлил секунду и потянул с себя футболку — серую, с выцветшим принтом, которую дождь сделал почти прозрачной. Я отвёл взгляд, но недостаточно быстро. Успел заметить, как под мокрой тканью угадывалась линия груди и рельефный живот. Кожа блестела от влаги.

— Спасибо, — он взял полотенце, не глядя на меня, и начал вытирать волосы.

Я заметил его руки — широкие ладони, сбитые костяшки, на запястье простая кожаная полоска. Не толстые и не худые, а такие, что видно: человек сжимает руль и коробки по десять часов в день.

— Вы программист? — спросил он, вешая футболку на батарею.

— Семён, — представился я. — И да, программист. Ночные смены, деплой, тикеты. Скука смертная. Мне, кстати, двадцать восемь, так что можно на «ты».

— А мне двадцать шесть, — отозвался Гриша. — И я на трёх подработках мотаюсь. Четвёртый день на дошираке сижу, уже лапша во сне снится.

— Четвёртый день? — переспросил я. — Тогда ужин у меня ты обязан попробовать.

Он поднял на меня глаза — тёмно-серые, с лёгким прищуром.

— Да я ж мокрый, как тюлень. И вообще, Семён, это неловко.

— Ерунда, — отмахнулся я. — Сухая футболка найдётся. Мясо с картошкой разогрею. Пойдём на кухню, Гриш.

Он удивлённо моргнул, видимо, не ожидал, что я запомнил имя, но послушно двинулся за мной, оставляя на полу мокрые следы босых ног.

На кухне я усадил его за стол, а сам полез в холодильник. Вчерашняя томлёная говядина с картошкой и морковью в толстостенной кастрюле выглядела вполне пригодной, я поставил её на плиту и щёлкнул конфоркой. В шкафу нашлась зелёная футболка с забавным принтом — кот с ноутбуком и надписью «Мы все тут не в форме».

— Держи, сухое, — я бросил ему футболку. — И штаны, если хочешь, у меня есть свободные.

— Да я в джинсах потерплю, — он поймал футболку, встряхнул, но надевать не стал. — На кухне у тебя тепло.

Пока грелся ужин, Гриша рассказал, как попал в доставку. Уволился с завода, где задерживали зарплату, приехал в город из области, снял комнату на окраине. Институт бросил на третьем курсе, когда не стало близкого человека и денег сделалось совсем неоткуда. Говорил легко, без надрыва, как о давно решённом.

— За неделю можно на аренду насобирать, если не жалеть ног, — он повёл плечом. — А у меня их две. Так что нормально.

— Нормально, — повторил я, выкладывая дымящееся мясо в глубокие тарелки. — Но доширак — это не нормально. Ешь давай.

Гриша заулыбался и заработал вилкой, а я сел напротив, подпёр кулаком щёку и откровенно пялился на него, уже не прячась. В свете кухонной лампы его мокрые волосы подсыхали завитками, на скулах проступал румянец, а когда он облизывал губы, я ловил себя на том, что слежу за этим движением.

— Хорошо, — он откинулся на спинку стула. — Лучше, чем лапша.

— Ещё бы.

Он скосил взгляд на коробку роутера, которую я бросил на подоконник.

— А что с сетью?

— Купил новый, старый начал отваливаться по ночам. Надо бы настроить, но я после смены как варёный.

— Хочешь, помогу? — предложил он, вытирая рот салфеткой. — Я же их каждый день таскаю, а настраивать — это как медитация.

Я замялся. В спальне, где стояло рабочее место, был бардак, и пускать туда постороннего не хотелось.

— Только не смейся над бардаком, — предупредил я.

— Ни слова, — он поднял ладонь, как на присяге.

В комнате он сразу сел на корточки у стола. Я стоял у него за спиной, слишком близко, ловя запах — дождь, остатки уличной свежести и слабый, едва уловимый парфюмерный след. Он тянулся к розетке, поворачивал роутер в руках, а я смотрел на его шею, на выступающие позвонки, на то, как напружинились жилы на предплечье.

— Пароль какой? — спросил Гриша, обернувшись.

— Семён2024. Я не мастер фантазии.

Он хмыкнул, набирая.

— Надёжнее, чем у половины моих клиентов. У одной женщины было «11111111», а она ещё спрашивала, почему ей интернет воруют.

Я рассмеялся, и от моего дыхания волосы у него на затылке шевельнулись. Он замер на мгновение, потом снова задвигался, подключая провода. В комнате стало тихо, только шумел ливень за окном, тарабанил по подоконнику.

Через несколько минут роутер замигал зелёным. Гриша выпрямился, отряхнул колени и обернулся ко мне. Мы оказались почти вплотную. Его глаза оказались темнее, чем я думал, а на переносице была тонкая светлая полоска шрама, которую хотелось потрогать.

— Готово, — сказал он тихо.

— Спасибо. Чай будешь?

— Буду.

Я заварил чёрный с бергамотом, мы перебрались на диван. За окном хлестало, и город за стеклом расплывался в оранжевых и синих пятнах. Гриша сел, поджав ногу, пристроил кружку на колено. Он надел мою футболку с котом, и она была ему слегка велика, открывая ключицы.

— А что за ночные смены? — спросил он.

— Деплой приложений. Пока все спят, я мешаю им спать. Иногда до пяти утра сижу.

— Один?

— Один. Тишина, только серверы гудят.

Он хмыкнул и отпил чай, глядя в окно. Пауза затянулась. Я чувствовал, как влажный воздух и близость чужого тела делают меня тяжёлым, тёплым, нетерпеливым.

— Слушай, — я переставил кружку на пол, — оставайся. Ливень не кончится до утра.

Гриша медленно повернул голову. Его взгляд скользнул по моему лицу, спустился к губам, замер. Наши плечи почти соприкасались, и я слышал, как участилось его дыхание.

— Не кончится, — согласился он.

Я потянулся первым, но он меня опередил — коротким, быстрым движением подался вперёд. Губы у него были тёплые, чуть обветренные, пахли чаем и дождём. Поцелуй вышел осторожный, как проба. Потом Гриша запустил пальцы мне в волосы и притянул ближе, и я перестал размышлять.

Теперь целовались жадно, сбивая дыхание. Я стащил с него футболку, потянув за подол, и отбросил в сторону. Ладони легли на его плечи, грудь, бока — кожа была прохладная и гладкая, только на груди курчавились тёмные волоски. Гриша выгнулся навстречу, тихо выдохнул мне в рот.

— У тебя руки тёплые, — прошептал он.

— Это от горячих клавиш.

Он тихо рассмеялся, но смех сорвался в стон, когда я наклонился и провёл губами по его шее. От него пахло солью и чем-то свежим, как от грозового воздуха. Я вспомнил, что сам уже возбуждён, и заметил, как бугрятся джинсы у него в паху. Он смотрел на меня из-под полуопущенных ресниц, и в этом взгляде не было ни страха, ни спешки.

— Иди сюда, — я потянул его на себя, и он послушно перебрался, садясь на меня верхом.

Теперь он возвышался, упираясь коленями в подушки дивана. Я запустил руки под его джинсы, сжал ягодицы, притянул ближе. Он двинул бёдрами, и я почувствовал, какой он твёрдый.

— Семён, — выдохнул он, качнувшись.

— Что?

— Я… можно? — он облизнул губы. — Хочу вниз.

Я кивнул, не в силах говорить. Гриша сполз с меня, встал на колени между разведённых ног. Приспустил мои спортивные штаны вместе с бельём, и я выдохнул, когда его пальцы сомкнулись на члене — не сильно, но настойчиво. Он погладил от основания к головке, поцеловал живот, провёл языком по коже, и я почувствовал, как пульсирует в его ладони.

Потом он взял в рот, медленно, не до конца. Я замер, зарылся пальцами в его волосы. Было влажно, плотно, и его язык работал так, что в глазах темнело. Гриша двигался ритмично, одной рукой упираясь мне в бедро, второй лаская снизу. Я стонал, не узнавая свой голос.

— Не сдерживайся, — прошептал он, отстранившись на мгновение, и снова взял глубже.

Я выдержал пару минут, не больше. Меня накрыло резко, я выгнулся, вцепился в его плечо, выдохнул громко, разбиваясь на волны. Он не отстранялся, пока не проглотил до конца, и это окончательно вынесло меня за пределы.

Когда я открыл глаза, он сидел рядом, довольный, с красными обмётанными губами, и улыбался.

— Это мне за ужин? — спросил он низким, севшим голосом.

— Нет, — я сел, нашарил его джинсы, принялся расстёгивать. — Это аванс.

Я стащил с него джинсы и бельё, уложил на спину, устроился между его бёдер. Он был красиво возбуждён — тёмный от прилива крови, тяжёлый, с влажной головкой. Я взял в рот, не размениваясь на долгие поглаживания. Гриша всхлипнул, выгнулся, поймал меня за волосы. Двигал бёдрами навстречу, бесконтрольно и сильно, и я подладился под его ритм.

— Бля… Семён… ещё…

Я ласкал рукой яички, сжимал ягодицы, брал глубже, чем сам от себя ожидал. Он дрожал подо мной, от его тела шёл жар, и вскоре его стоны сбились в одно сплошное «а-аа». Гриша вскинулся, вытянулся струной, и я почувствовал на языке солёное, горячее, с терпким привкусом.

Он рухнул на подушки, тяжело дыша, закрыв глаза. Я лёг рядом, натянул на нас плед. За окном всё так же шумел дождь, но теперь он казался не досадной помехой, а чем-то важным, укрывающим нас от остального мира.

Гриша придвинулся ко мне, положил голову на плечо. Через минуту его дыхание выровнялось, стало размеренным. Я лежал, слушал, как он сопит, и боялся пошевелиться.

Утром я очнулся от вибрации будильника на тумбе. Солнце слепило сквозь мокрые стёкла, на улице было удивительно чисто и тихо. Гриша уже сидел на краю дивана, натягивая джинсы.

— Чёрт, проспал. У меня смены с восьми.

— Кофе? — я сел, протирая глаза.

— Не успею, — он встал, одёрнул футболку, подхватил с радиатора высохшую куртку.

В прихожей он обулся, повесил бейдж на куртку, но не застегнул карман, из-за чего тот висел ненадёжно. Я стоял в проёме, сложив руки на груди, и смотрел, как он возится со шнурками.

У двери он обернулся, помялся:

— Я… можно я вечером заеду?

Я кивнул.

— Заезжай.

Он улыбнулся, махнул рукой и исчез за дверью. Я закрыл замок, вернулся в комнату, поднял с пола кружки. И только тогда увидел на тумбочке у дивана бейдж — синий с белыми буквами: «Григорий. Служба доставки №7». Рядом с номером курьера.

Я взял его, повертел в пальцах. Усмехнулся, достал телефон, набрал номер. Гудок. Ещё гудок.

— Алло? — голос у Гриши был удивлённый.

— Ты как раз успел к ужину, — я улыбнулся в трубку. — Бейдж забыл. Но можешь считать, что это я тебе его специально оставил.

Гриша

Продолжи с Гришей

Он помнит всё, что было в рассказе. Выбери, с чего начать, или напиши своё.

💬 Гриша приезжает вечером с пиццей, и мы говорим о том, что будет дальше.💬 Спрашиваю у него, какие ещё адреса он развозил в тот ливень.💬 Поддразниваю: пусть называет пароль от своего сердца.Открыть чат с Гришей

Ещё в «Гей»

Уголь на стенеГейУголь на стенеДерзкий бариста Марк несколько недель поддразнивает сдержанного архитектора Владислава, заказывающего у него двойной эспрессо. Когда Владислав наконец признаётся, что ходит не ради кофе, их ночь в мастерской среди чертежей оборачивается не только жарким сексом, но и неожиданной нежностью.#первая встреча#нежно#грубо#романтика📖 12 мин💬 продолжить с МаркомНегрони за счёт заведенияГейНегрони за счёт заведенияБармен Даниил сразу замечает уставшего юриста Станислава, который проиграл важное дело. Их словесная перепалка у стойки перерастает в ночную встречу в машине, где оба находят то, что искали.#гей#первая встреча#мжм#романтика📖 9 мин💬 продолжить с ДанииломЧетверги в ЭрмитажеГейЧетверги в ЭрмитажеУставший кардиолог Игорь после смены приходит к «Данае» и встречает молодого реставратора Артёма, который случайно роняет кисть к его ногам. Закрытый показ отреставрированной картины становится началом их тайной близости среди полотен старых мастеров.#гей#романтика#первая встреча#зрелая📖 10 мин💬 продолжить с Игорем
Все рассказы «Гей»