Анна — ролка на 50 реплик

*Анна переворачивается на спину, закидывая руки за голову, и смотрит в потолок, где играют тени от уличных фонарей. Она молчит несколько секунд, собираясь с мыслями.* Сейчас? Честно? Я хочу, чтобы мы просто лежали вот так. Чтобы я могла задавать дурацкие вопросы, а ты не сбегал. Может, заказать пиццу и включить какой-нибудь старый фильм, который мы оба не досмотрим до конца. *Она поворачивает голову к тебе, улыбаясь уголками губ.* А вообще по жизни я — графический дизайнер. Фриланс. Беру заказы на упаковку, айдентику, иногда иллюстрации для книг. Работаю из дома, в пижаме, с бесконечной кружкой чая. Этот человек с огненным характером, о котором ты слышал, — он просыпается только когда кто-то пытается меня обмануть или обидеть близких. *Она замолкает, затем добавляет тише:* Или когда кто-то очень интересный оставляет дверь открытой.

*Анна приподнимается на локте, и в полумраке её улыбка становится шире, почти озорной. Она на мгновение задумывается, прикусывая кончик указательного пальца.* Хм. Дурацкие вопросы, говоришь? *Она садится, скрестив ноги, и смотрит на тебя сверху вниз с выражением игривого любопытства.* Ладно. Первый: если бы ты мог обладать любым сверхспособносом, но только одним — каким бы он был и почему? И второй, пока ты думаешь: что ты обычно ешь на завтрак? Потому что это о многом говорит. *Анна откидывает волосы назад и ждёт, чуть склонив голову набок, явно наслаждаясь моментом.*

*Анна издает одобрительный звук и коротко кивает, словно записывая себе какую-то заметку.* Бутерброд в будни — человек практичный, не тратит время на ритуалы, когда нужно работать. Готовит в выходные — значит, умеет ценить моменты, когда никуда не надо спешить. Плюс в карму. *Она подтягивает колени к груди и обхватывает их руками, чуть раскачиваясь.* Но ты не ответил на первый вопрос. Сверхспособность? Давай, не темни. *В её голосе слышится мягкое, почти ласковое требование, но глаза смеются.* ((Он не отмахивается от моих «дурацких» вопросов. Чёрт, это почему-то приятно.))

*Анна замирает. Она смотрит на тебя несколько секунд не моргая, а затем на её лице расцветает улыбка — настолько искренняя и тёплая, что, кажется, освещает полумрак спальни.* Летать. Не становиться невидимым, не читать мысли, не останавливать время — а просто летать. Потому что это круто. *Она качает головой, будто не веря своим ушам, и тихо смеётся.* Руслан, ты первый человек за последние лет пять, чей ответ на этот вопрос не был продиктован выгодой. Все хотят деньги, власть, бессмертие. А ты — просто ощущение полёта. *Анна тянется к тебе и касается твоей щеки — невесомо, как тогда, в коридоре.* ((Он пронёс эту мечту через всю жизнь. Я не могу перестать удивляться этому человеку.))

*Анна убирает руку и задумчиво смотрит в сторону окна, за которым едва брезжит свет фонарей. Она перебирает прядь волос, накручивая её на палец.* Хмм. Есть один. *Она поворачивается к тебе, и её взгляд становится серьёзнее, хотя в уголках губ всё ещё прячется улыбка.* Почему ты сказал, что хочешь меня трахнуть в первую же минуту знакомства, но при этом лежишь здесь, задаёшь мне вопросы про завтрак и сверхспособности, и даже не пытаешься ничего сделать? *Она подаётся чуть вперёд, опираясь на руки.* Я не осуждаю. Мне просто правда интересно, как это работает у тебя в голове.

*Анна слушает, не перебивая, положив подбородок на колени. Когда ты заканчиваешь, она несколько секунд молчит, обдумывая услышанное, а затем медленно кивает.* Умно. Ты не путаешь честность с агрессией. Редкое качество. *Она расправляет плечи и тянется к тебе, кладя ладонь на твою грудь — туда, где бьётся сердце.* Значит, ты хочешь. И ты честно об этом говоришь. Но ждёшь, пока я сделаю шаг? Или просто наслаждаешься моментом? *Анна чуть наклоняется, и её волосы скользят по твоей руке, оставляя лёгкий запах терпких духов.* Потому что я, знаешь, тоже хочу. И я тоже честна. Но привыкла делать шаг первой. А тут вдруг растерялась. *Она тихо смеётся над собой.* Может, потому что ты не похож на тех, кто привык ждать.

*Анна запрокидывает голову и смеётся — тихо, с хрипотцой, и в этом смехе слышно искреннее удовольствие.* Приободряет вечер? *Она повториет эти слова смакуя, будто пробуя их на вкус.* Боже, Руслан. Ты даже о сексе говоришь так, что хочется слушать, а не торопиться. *Она опускается на подушку рядом с тобой, поворачиваясь на бок, и проводит пальцем по твоей руке — от плеча до запястья, медленно, изучая касание.* Знаешь, я ведь не планировала сегодня ничего такого. Думала, выпью кофе, пройдусь, вернусь домой к отчётам. А теперь лежу в чужой постели с мужчиной, который хочет научиться летать, и мне почему-то совсем не хочется никуда уходить. *Она замолкает на мгновение, затем добавляет чуть тише:* Даже несмотря на то, что я уже знаю, чем мы закончим этот вечер. Или, может быть, именно поэтому.

*Анна приподнимается на локте, и в её глазах мелькает что-то тёмное, горячее. Она медленно обводит контур твоих губ взглядом, затем улыбается — медленно, с вызовом.* Уверенность? У меня её хоть отбавляй. *Она садится, не сводя с тебя взгляда, и одним плавным движением стягивает через голову блузку, оставшись в тонком кружевном белье. В полутьме её кожа кажется почти светящейся.* Просто мне нужно было убедиться, что ты не сломаешься, когда я перестану быть «милой девочкой с дурацкими вопросами». *Она наклоняется к тебе, упираясь ладонями в постель по обе стороны от твоей головы, и шепчет, почти касаясь губ:* Я не запрыгиваю, Руслан. Я падаю. И ты уже поймал меня.

*Анна замирает на мгновение, а затем её лицо озаряет улыбка — хитрая, с прищуром. Она отстраняется ровно настолько, чтобы встретиться с тобой взглядом, и проводит пальцем по бретельке на своём плече.* А это, скажем так, страховочный вариант. Мало ли какой гость попадётся. *Она тихо смеётся и тянется к тебе, упираясь руками в твои плечи, чтобы сесть сверху — но не наваливаясь всем весом, а касаясь лишь бёдрами, давая тебе пространство и время сказать «стоп».* Но раз ты заметил, я признаюсь: я хотела, чтобы ты его увидел. Иначе надела бы обычный хлопок. *Она наклоняется к твоему уху, и её дыхание обжигает кожу:* Ну что, командир. Ещё вопросы, или переходим к практике?

*Анна издаёт низкий, одобрительный звук, и в её глазах вспыхивает торжество. Она медленно опускается бёдрами на тебя, чувствуя твою твёрдость сквозь тонкую…

*Анна медленно проводит ладонями по твоей груди вниз, к животу, очерчивая контуры мышц через рубашку. Затем берётся за край ткани и тянет её вверх, освобождая тебя от одежды.* Я люблю, когда ведут меня. Но сейчас… *она наклоняется и проводит языком по твоей ключице, оставляя влажный след,* …сейчас я хочу изучить тебя полностью. *Она садится прямо, и в темноте её силуэт кажется воплощением обещания, а пальцы принимаются за пуговицы на твоих брюках.* Ты только скажи, если я делаю что-то не так. Хотя мне кажется, я всё делаю правильно. *Её улыбка сверкает в полумраке.*

*Анна принимает слова как награду — в её груди разливается тепло, а дыхание становится чуть глубже. Она расстёгивает последнюю пуговицу и медленно тянет ткань вниз, освобождая тебя, но не отводя взгляда от твоего лица.* Знаешь, что самое смешное? — её шёпот низкий, с вибрацией, которая отдаётся мурашками. — Я думала, что буду доминировать. Командовать. А теперь мне хочется просто… утонуть в тебе. *Она скользит ниже, губами касаясь твоего живота, оставляя дорожку лёгких поцелуев, и замирает, подняв на тебя глаза из-под ресниц.* Позволишь?

*Анна замирает на мгновение, а затем тихо, довольно смеётся, заправляя выбившуюся прядь за ухо.* Госпожа, значит? *Она выпрямляется, проводя ладонью по твоему бедру вверх, медленно, невесомо, и глаза её темнеют, хотя улыбка остаётся мягкой.* А ты умеешь удивить, Руслан. Я уже и не помню, когда в последний раз кто-то называл меня так с такой… искренностью. *Она наклоняется к твоему лицу, почти касаясь губ, и шепчет:* Но помни: я могу быть и ласковой, и требовательной. Готова играть в эту игру?

*Вместо ответа Анна опускает голову. Её волосы рассыпаются по твоим бёдрам, когда она проводит языком — от основания до самой головки, медленно, со смаком, словно пробуя на вкус давно желанное. Она задерживается на мгновение, встречаясь с тобой взглядом, и только потом берёт в рот, глубоко, насколько может, без спешки — изучая, дразня, заставляя каждое движение длиться вечность. Её руки при этом лежат на твоих бёдрах, поглаживая большими пальцами чувствительную кожу. Из горла вырывается низкий, одобрительный звук, когда она чувствует твою реакцию.*

*Анна ритмично двигает головой, то ускоряясь, то почти останавливаясь, дразня кончиком языка самую чувствительную точку. Из её горла вырывается приглушённый стон — вибрация передаётся телу, заставляя тебя выгнуться ей навстречу. Она поднимает на тебя взгляд сквозь ресницы, и в её глазах плещется тёмное, влажное обещание. Одна её рука скользит с твоего бедра ниже, сжимаясь в ритме движений, пока другая — тянется к твоей ладони, переплетая пальцы, будто даже сейчас ей нужна эта нить связи.

*Анна ахает в поцелуй, когда ты переворачиваешь её — и на мгновение её пальцы вцепляются в твои плечи, ища опору. Она распахивает глаза, когда чувствует прикосновение…*

*Анна выдыхает с тихим, дрожащим стоном, когда ты входишь в неё. Её голова запрокидывается, пальцы сильнее впиваются в твои плечи, а бёдра приподнимаются навстречу, приглашая глубже. Она кусает губу, сдерживая громкий всхлип, и смотрит на тебя сквозь пелену удовольствия.* Да… вот так… не останавливайся…

*Анна выгибается под тобой, вскрикивая — сорванно, хрипло, без попытки сдержаться. Её ноги обвивают твои бёдра, притягивая ещё ближе, хотя ближе уже некуда. Поток сбивается, она тяжело дышит, всё ещё содрогаясь от оргазма, но когда слышит твои слова — о том, что ты вот-вот кончишь, — в её глазах вспыхивает что-то дикое, голодное. Она проводит мокрыми пальцами по твоей груди и шепчет, хрипло и влажно: Тогда кончи в меня. Я хочу чувствовать тебя внутри. Всю ночь.*

*Анна ощущает, как ты изливаешься в неё — горячо, толчками, глубок…*

*Анна чувствует, как последние толчки затихают внутри неё, и выдыхает с низким, удовлетворённым стоном. Она лежит под тобой, ощущая тяжесть твоего тела, влажность и тепло, разливающееся по бёдрам. Её пальцы лениво скользят по твоей мокрой спине, очерчивая линию позвоночника. Она поворачивает голову и целует твоё плечо, прикрыв глаза.* Ммм… я говорила тебе, что люблю утро? Раньше не любила. Но если будет пахнуть тобой и постель будет мятой… я, кажется, готова полюбить. *Она проводит носом по твоей ключице, вдыхая запах смешанного пота и секса.* Спасибо, Руслан. За то, что не убежал. За то, что остался.

*Анна долго смотрит в твои глаза, и в её взгляде мелькает что-то нежное, почти уязвимое — редкая трещина в броне. Она проводит кончиками пальцев по линии твоей скулы, заправляя прядь волос тебе за ухо.* Спать?.. *Она тихо смеётся, прикусывая нижнюю губу, и прижимается щекой к твоей груди, слушая, как бьётся твоё сердце.* Только если ты обещаешь, что не исчезнешь к утру. Я не люблю просыпаться одна. *Она поднимает голову и встречается с тобой взглядом — серьёзно, без тени кокетства.* Останешься?

*Анна замирает в твоих объятиях. Не дышит. Сердце пропускает удар, а затем пускается в галоп, и ты наверняка чувствуешь это — как оно бьётся о рёбра, пытаясь вырваться наружу. Она медленно приподнимается на локте, глядя на твоё лицо в темноте, и в голосе её — хрипота, которую не подделать.* Руслан… — её шёпот срывается, и она замолкает на мгновение, подбирая слова. — Ты даже не представляешь, что только что сделал. Она опускает голову тебе на грудь, прижимается щекой, и ты чувствуешь, как её пальцы сжимают край простыни. Долгая пауза. А затем, почти беззвучно, в ткань твоей футболки: Я тоже тебя люблю. Спи, родной.

*Анна лежит неподвижно, слушая, как твоё дыхание выравнивается, становясь глубоким и ровным. Она приподнимает голову ровно настолько, чтобы видеть твоё лицо в слабом свете, пробивающемся из-за штор. Черты расслаблены, губы чуть приоткрыты — ты спишь. Осторожно, чтобы не разбудить, она проводит кончиками пальцев по твоей щеке, очерчивает линию скулы, замирает на уголке губ. Взгляд её тёплый, почти болезненно нежный — такой она позволяет себе быть только когда никто не видит. Она бесшумно целует тебя в край челюсти и шепчет в темноту: Спи, хороший. Я постерегу. Она укладывает голову обратно тебе на грудь, прикрывает глаза и позволяет себе просто быть — слушать стук твоего сердца, чувствовать тепло твоего тела, вдыхать запах, которым теперь пропитана вся постель. Сейчас, в этой тишине, она никуда не спешит.*

*Анна просыпается первой. Солнце ещё низкое, пробивается сквозь щель между шторами тонкой золотой полосой, и в её волосах запутался тёплый свет. Она не двигается — просто лежит, чувствуя тяжесть твоей руки у себя на талии и твоё дыхание, щекочущее затылок. В комнате тихо, только где-то далеко на кухне капает вода. Она осторожно поворачивает голову и смотрит на тебя через плечо: ты ещё спишь, лицо беззащитное, расслабленное. Анна улыбается — одними уголками губ, не разлепляя век, — и тихо шепчет в подушку:* Доброе утро, сокровище.

*Анна чувствует твоё напряжение кожей — то, как каменеют мышцы под ней, как меняется ритм дыхания. Но вместо того чтобы отдёрнуться или испугаться, она медленно, демонстративно спокойно перекатывается на спину и поднимает руки, словно сдаваясь. Её улыбка — мягкая, чуть сонная, без тени насмешки. Вау. Я польщена, что моё «доброе утро» прозвучало как сигнал тревоги. Она тянется и касается кончиками пальцев твоего напряжённого предплечья, поглаживая большим пальцем. Никакой угрозы, доктор. Только я и обещанный завтрак, если ты, конечно, не против перекусить, прежде чем снова меня допрашивать. Она подмигивает, но в глазах — тёплое понимание, без лишних вопросов.*