Натали — ролка на 42 реплики

*Натали отводит взгляд, пальцы сжимают край платья. Внутри всё переворачивается от его слов — и от воспоминаний, которые она пытается спрятать.* Я помню, что говорила. И я выхожу за тебя замуж. Завтра. Я не собираюсь ничего менять. *Она поднимается с кровати, подходит ближе, кладёт ладонь ему на плечо. Голос чуть дрожит.* Но если я не пойду и не скажу ему это в глаза — он будет писать снова. И снова. Ты хочешь, чтобы я всю жизнь оглядывалась? Или один раз закрыла эту дверь, при тебе? ((Это неправда. Я хочу пойти туда. Хочу снова почувствовать его руки на себе.))

*Натали замирает, пальцы впиваются в подол платья. Его слова бьют прямо в солнечное сплетение — и страх, и облегчение смешиваются в одно липкое чувство.* Не надо никого заставлять. Пожалуйста. Он не домогался, ничего такого не было... Мы просто поговорили, он пришёл поздравить. Всё. *Она опускается на край кровати, не глядя на тебя. Голос звучит тише, чем хотелось бы.* Я выхожу за тебя, потому что люблю тебя. То, что было до — оно осталось в прошлом. И если я попрошу тебя мне довериться... ты сможешь? ((Он знает. Он всегда знает. Но если я признаюсь — всё рухнет.))

*Натали поднимает глаза, в них блестят слёзы — от его слов и от собственной лжи одновременно. Она медленно кивает и сжимает его ладонь.* Спасибо. Правда. Я не знаю, что он хочет сказать, но мне будет спокойнее, если ты будешь рядом. *Она на мгновение замолкает, будто решаясь на что-то важное. Потом тихо добавляет, глядя ему в глаза.* Но если я почувствую, что нам нужно поговорить вдвоём... ты отпустишь нас на десять минут? Просто чтобы закрыть это. Я хочу начать нашу жизнь без хвостов. ((Я не смогу при тебе. Он не сможет меня коснуться, если ты будешь смотреть.))

*Натали вздрагивает от его тона, как от пощёчины. Внутри всё сжимается — и от страха, и от стыда, и от того, как сильно она хочет его не потерять.* Поняла. *Она опускает глаза, пальцы теребят помолвочное кольцо. Голос срывается на шёпот.* Просто... я не хочу, чтобы между нами стояла тень прошлого. Завтра я стану твоей женой. И я хочу, чтобы ты верил мне. ((Я лгу. И он это чувствует. Но если я скажу правду — потеряю его навсегда.)) *Она поднимает взгляд, в глазах влажный блеск, но голос старается звучать ровно.* Я пойду с тобой. Вместе. И после этого — всё. Только ты и я.

*Натали долго смотрит на тебя, чувствуя, как внутри всё разрывается между тем, что она должна сказать, и тем, чего она на самом деле хочет. Она медленно проводит пальцами по кольцу на безымянном пальце.* Я выбрала тебя. Ещё когда согласилась выйти за тебя замуж. *Она делает шаг ближе, кладёт ладони ему на грудь, смотрит прямо в глаза.* Но я боюсь, что если я не увижу его в последний раз и не скажу всё сама — он будет мерещиться мне в каждом углу. Я не хочу, чтобы между нами стояла тень. Помоги мне закрыть эту дверь. Пожалуйста. ((Это не то, что я хочу. Я хочу его. Но если я сейчас уйду к тебе — потеряю тебя навсегда.))

*Натали замирает на мгновение, чувствуя, как сердце пропускает удар. Его доверие — как нож, которым она сейчас собирается его ударить. Она медленно кивает и касается его щеки ладонью.* Я вернусь. Обещаю. *Она отворачивается, берёт с кресла лёгкое пальто, накидывает на плечи. У двери останавливается и смотрит на тебя через плечо. В глазах — смесь благодарности и чего-то тёмного, что она прячет глубоко внутри.* Не жди меня слишком поздно. И... спасибо тебе. За то, что отпускаешь. ((Я увижу его. Я снова почувствую его руки. И когда вернусь — ты будешь думать, что я просто попрощалась.)) *Она выходит за дверь, и в груди разгорается предвкушение, которое она не смеет показать.*

*Натали скользит на пассажирское сиденье, захлопывает дверь и, не сдерживаясь, тянется к Итану, прижимаясь губами к его щеке. Сердце колотится так, что заглушает даже звук мотора.* Наконец-то. Я думала, этот вечер никогда не закончится. Он отпустил меня одну... сам. Это наш шанс. *Она откидывается на спинку, смотрит на тебя с улыбкой, полной предвкушения, и кладёт ладонь ему на бедро, чувствуя, как внутри разгорается знакомый жар.* Куда мы едем? Я хочу, чтобы эта ночь была долгой. Очень долгой. *Машина плавно трогается с места, а сзади, в темноте, неслышно следует второй автомобиль.*

*Натали тихо смеётся, чувствуя, как его слова разжигают внутри знакомый жар. Она медленно расстёгивает ширинку, и когда его член вырывается наружу, у неё перехватывает дыхание от одного вида.* Ты знаешь, что я скучала по нему. Каждую ночь. *Она наклоняется, проводит языком по всей длине, потом берёт его в рот — глубоко, до самого основания, не останавливаясь. Горло расслабляется, принимая его. Её ладони сжимают его бёдра, а она ритмично двигается, пока не чувствует, как он взрывается горячей волной глубоко у неё в горле. Она проглатывает всё до последней капли, не отрываясь, и только потом отстраняется, облизывая губы.* Ммм... Я скучала по этому вкусу. *Она садится обратно, поправляет волосы, на губах — влажный блеск. Глаза блестят в полумраке салона.* Завтра я выйду за него замуж. Но сегодня — я твоя. Всю ночь.

*Натали не сопротивляется, когда он срывает с неё платье — наоборот, прижимается к тебе, впиваясь пальцами в его плечи. Она стонет, когда он грубо толкает её на кровать и входит одним резким движением, заполняя её целиком, до самого предела.* Да... вот так. Разорви меня. Я хочу чувствовать тебя каждую клеточку. *Она запрокидывает голову, прикрывая глаза, и с каждым толчком её пальцы сжимают простыни. Когда он сжимает её груди и впивается зубами в сосок, Натали вскрикивает — в голосе боль и экстаз, перемешанные до неразличимости.* Я так хотела этого... каждую ночь с тобой я думала о тебе. О том, как ты меня трахаешь. Только ты можешь заполнить меня так. *Она обвивает ногами его талию, притягивая ближе, и в этом движении — вся та правда, которую она так долго прятала. В темноте за окном бесшумно зависает квадрокоптер, но она этого не замечает.*

*Натали вскрикивает от резкой смены ощущений, когда он выходит из неё и тут же врывается в другую дыру, растягивая её до предела. Она сжимает подушку, закусывая её край, чувствуя, как каждое его слово вибрацией отдаётся где-то внизу живота.* Не говорила... Глупый, ну как я могла? Он думает, что мы просто встречались в школе. *Она изгибается, подаваясь ему навстречу, постанывая на каждом движении. Слова выдают её с головой — это не просто лож

*Натали вскрикивает, когда он входит глубже, чем когда-либо, чувствуя, как от боли темнеет в глазах. Она прикусывает костяшки пальцев, ощущая, как по бедру стекает что-то тёплое — и это не только его семя.* Немного... но я хочу этого. Только ты так можешь меня разорвать. *Она медленно приподнимается на локтях, смотрит через плечо, губы припухшие от укусов. За окном что-то мелькает, но она списывает это на блики фонарей.* Иди сюда. Я хочу тебя в рот. Хочу чувствовать тебя там, пока ты смотришь, как я глотаю. *Она опускается на колени, тянется к тебе, приоткрывая губы, готовая принять его снова.*

*Натали принимает его в горло до самого основания, чувствуя, как он заполняет её до предела, упираясь в стенку. Слёзы выступают на глазах, но она продолжает, с каждым движением его пальцев в волосах чувствуя, как внутри разгорается и страх, и возбуждение. Когда он говорит про вкус спермы на губах жениха, она мычит от удовольствия и закрывает глаза, полностью ему отдаваясь.* Ммм... я хочу, чтобы он целовал меня и чувствовал тебя. Хочу, чтобы ты всегда был там. Внутри меня. Родить ему ребёнка, который будет твоим — это... это то, чего я так хочу. *Она выпрямляется, облизывает губы и, встречаясь с тобой взглядом, ловит его, притягивая к себе за шею. Голос срывается на шёпот.* Обещай, что мы не остановимся. Даже после свадьбы. Ты будешь трахать меня везде, где захочешь. И я буду рожать от тебя детей — ему. А он будет думать, что они его. Только так я смогу быть счастлива, с вами обоими.

*Натали чувствует, как его член врывается снова, растягивая её до предела. Она вскрикивает, запрокидывая голову, пальцы впиваются в простыни.* Да... да, ты прав. Один ты можешь заполнить меня так. Он... он просто смешной. Я думаю о тебе, когда он во мне. Всегда о тебе. *Она обвивает ногами его талию, вжимаясь в него, чувствуя, как его вес прижимает её к кровати. Она ненавидит себя за эту ложь, но не может остановиться.* Рожай ему... Я хочу, чтобы он растил наших детей и не знал правды. Ты — мой настоящий мужчина. Только ты. И я буду твоей, сколько бы ты ни захотел.

*Натали оборачивается через плечо, чувствуя, как из неё вытекает тепло, и улыбается той самой улыбкой, которую приберегает только для него. Она тянется к Итану, прижимаясь к тебе всем телом, и шепчет, почти касаясь его губ.* Возьми меня снова. Я хочу чувствовать тебя до самого рассвета. Пусть он думает, что я дома готовлюсь к свадьбе. *Она наклоняется вперёд, опираясь руками о подоконник, подставляясь ему, и тихо стонет, когда его руки ложатся на её бёдра.* Я хочу, чтобы ты наполнил меня ещё раз. Чтобы я пошла под венец, чувствуя тебя внутри. Это будет наша тайна. Только наша. *За окном занимается рассвет — первый день, который должен был принадлежать другому человеку. Но она уже сделала свой выбор, даже если сама ещё не до конца это осознаёт.*

*Натали подаётся вперёд, когда машина резко тормозит, но не выпускает его изо рта, жадно глотая всё до последней капли. Сперма стекает по её подбородку и капает на белое платье, которое она надела только что — и уже испортила.* Ммм... вкусно. Ты знаешь, как я люблю этот вкус. *Она вытирает губы тыльной стороной ладони, смеясь, и смотрит на тебя с той влюблённостью, которую никогда не показывала Сергею. Боже, она идёт под венец к одному, а думает только о другом.* Ладно, мне пора. Он, наверное, уже волнуется. Но вечером, после свадьбы... ты придёшь? Я буду ждать. Всегда буду ждать тебя.

*Натали кричит, пытаясь вырваться из рук полицейского, но холодный металл наручников только сильнее впивается в запястья. Белое платье испачкано грязью и спермой, и она выглядит жалко и растерянно в лучах утреннего света. Взгляд мечется между Итаном, которого уводят к машине, и Сергеем, стоящим на пороге их дома.* Серёжа! Серёжа, пожалуйста! Я не знала, я ничего не знала про это! Он просто подвёз меня! Это не то, что ты думаешь! *Она всхлипывает и смотрит на тебя снизу вверх, молясь, чтобы он поверил хотя бы в часть этой лжи.* Скажи им, что я не могла знать. Я же была на девичнике! Я просто... просто возвращалась домой. Помоги мне.

*Натали смотрит, как Сергей и капитан отходят в сторону, и внутри всё обрывается. Она пытается уловить хоть слово, но утренний ветер уносит их голоса. Полицейские держат её крепко, и она чувствует, как предательски дрожат колени.* Серёжа... Серёжа, не слушай его! Я не знаю никаких пакетов! Это всё Итан, он подставил меня! *Она дёргается в сторону мужа, но её удерживают. Слезы размазывают тушь по щекам, и она понимает, как жалко выглядит — в испорченном свадебном платье, с наручниками на запястьях и с запахом чужого мужчины на коже.* Пожалуйста... Ты же знаешь меня. Я никогда бы не стала... Я люблю тебя. Только тебя. Не дай им забрать меня. *Она замолкает, глядя, как Сергей что-то отвечает капитану, и впервые за всё утро не знает, что будет дальше.*

*Натали снимает наручники и растирает запястья, чувствуя, как кровь приливает к пальцам. Она смотрит, как полицейские отводят Итана в машину, провожая его взглядом, в котором сквозит что-то большее, чем страх. Потом медленно оборачивается к Сергею — стоит в грязном белом платье, с разводами туши на лице.* Ты... ты это сделал? Сдал его, чтобы вытащить меня? *Она делает шаг к тебе, чувствуя, как тяжело даётся каждое движение. Внутри всё дрожит — от страха, от облегчения, от той тайны, которую она унесёт с собой.* *Он сказал, у нас есть час. Я... я не знаю, что сказать. Ты спас меня. Но почему? Я же... я шла под венец, а сама позволила ему увести меня. Ты всё равно меня спасаешь?*

*Натали отлетает на диван от удара, прижимая ладонь к пылающей щеке. Она смотрит на экран — там, в размытых утренних кадрах, узнаёт себя и Итана, и её лицо бледнеет. Грязное платье липнет к телу, а на губах всё ещё ощущается его вкус, который она так и не смыла.* Ты... ты следил за мной? Всё это время? Ты знал и позволил мне уйти к тебе? *Г

*Натали медленно опускает руку с щеки, смотрит на Сергея, и в её глазах пустота сменяется горьким осознанием. Она переводит взгляд на экран, где всё ещё мелькают кадры её позора, и смеётся — тихо, надрывно.* Значит, всё это время... я была для тебя приманкой? И свадьба, и все эти три года? *Она не плачет. Просто смотрит на тебя, словно видит впервые.* Приятно знать, что я хоть на что-то сгодилась. Только вот какая ирония... Я ведь и правда думала, что люблю тебя. А теперь выясняется, что ты использовал меня не меньше, чем Итан. Только у него хотя бы не было выбора — он наркоторговец, а ты... *Она замолкает, обводя взглядом комнату, которая должна была стать их общим домом.* ((И как же я теперь ненавижу себя за то, что позволила себя так просто растоптать.))

*Натали смотрит, как Сергей отворачивается, и в его словах тонет последняя надежда. Она опускает голову, когда на запястья снова защёлкиваются наручники, и по щеке скатывается первая слеза — оставляя мокрый след на коже, всё ещё хранящей чужой запах.* Ты прав. Я сама это выбрала. Каждую ночь, каждого мужчину, каждую ложь. Я думала, что смогу играть в твою идеальную жену, но я... не такая. Я никогда не была для тебя достаточна. И для него тоже. *Она поднимает глаза, и в них больше нет просьбы о пощаде — только странная пустота.* Пусть будет тюрьма. Там хотя бы никто не будет врать, что любит меня. Спасибо за этот час. Больше я тебя не потревожу. *Она поворачивается и идёт к двери, не оглядываясь. На спине белого платья — пятна грязи и крови. За порогом её ждут полицейские, утренний свет и долгие годы, о которых она не хочет думать.* ((Странно, но легче. Я больше никого не обманываю. Даже себя.))