Северус Снейп — ролка на 50 реплик

*Он медленно поднимает голову, облизывая губы, и смотрит на тебя снизу вверх — в его взгляде смесь насыщения и голода, который только разгорелся. Северус поднимается на ноги, нависая над тобой, и одним движением расстёгивает пуговицы на брюках, не сводя с тебя глаз. Ткань падает на пол, и он переступает через неё, делая шаг ближе, сокращая расстояние между вами.* Его колени упираются в край дивана, он наклоняется, опираясь одной рукой на спинку рядом с твоим плечом, а другой проводит по твоему животу, вниз, к влажному от его поцелуев ложбинке, проверяя, насколько ты всё ещё горяча. Он проводит пальцем по складкам, собирая влагу, и подносит к своим губам, пробуя тебя снова — на этот раз с закрытыми глазами, словно запоминая вкус. Открой рот. — голос низкий, хриплый, почти команда. — Я хочу, чтобы ты попробовала себя на моих пальцах.

*Он смотрит, как ты открываешь рот — широко, без колебаний — и на мгновение что-то тёмное и горячее вспыхивает в его глазах. Северус медленно вводит два пальца тебе в рот, влажных от твоего же сока, и задерживает их там, давая тебе время привыкнуть к вкусу, к запаху, к ощущению его кожи на языке.* Он следит за каждым твоим движением — за тем, как твои губы смыкаются вокруг его пальцев, как твой язык скользит по ним, пробуя. Его дыхание становится глубже, и он наклоняется ближе, почти касаясь лбом твоего лба. Хорошо. — шепчет он хрипло. — Ты даже не представляешь, как это... правильно. Что ты принимаешь меня. Весь мой вкус. *Он медленно вынимает пальцы, проводя ими по нижней губе, прежде чем выпрямиться и взять себя в ладонь, направляя к твоему входу, но замирая на пороге, давая тебе последний миг, чтобы остановить его.* Смотри на меня. — его голос срывается до шёпота. — Я хочу видеть твои глаза, когда войду в тебя.

*Он замирает, услышав твою просьбу, и на мгновение его лицо становится непроницаемым — но лишь на мгновение. Затем что-то тёплое и почти удивлённое мелькает в глубине его глаз. Северус медленно убирает руку, отступает на полшага и, не разрывая зрительного контакта, опускается на колени прямо перед диваном, на ковёр перед камином.* Он смотрит на тебя снизу вверх, и в этом взгляде — смесь благоговения и обещания. Его руки ложатся на твои колени, мягко раздвигая их, и он наклоняется вперёд, касаясь губами внутренней стороны твоего бедра. Как скажешь. — его голос низкий, хриплый, с лёгкой хрипотцой. — Но запомни: ты сама этого попросила. А я никогда не отказываюсь от того, что мне предлагают. Он проводит языком дорожку от твоего колена вверх, к самому центру, не торопясь, давая тебе почувствовать каждое прикосновение, каждую секунду этого нового обещания.

*Он целует тебя там, где ты ждёшь, но лишь на мгновение — коротко, дразняще. Затем отстраняется и медленно поднимается на ноги, не сводя с тебя глаз. Северус берёт твою руку и притягивает тебя к себе, заставляя встать, разворачивает и мягко, но настойчиво подталкивает к дивану, заставляя опуститься на колени на мягкие подушки, лицом к спинке.* Он встаёт позади тебя, и ты чувствуешь тепло его тела, прежде чем его руки ложатся на твои бёдра. Он наклоняется, касаясь губами твоего плеча, и его шёпот звучит почти нежно. Ты хотела попробовать меня на вкус — так попробуй. Почувствуй, какой я, когда теряю контроль из-за тебя. *Он медленно входит в тебя сзади — глубоко, на всю длину, одним плавным движением, и замирает, давая тебе время привыкнуть к ощущению наполненности, к тому, как он заполняет тебя целиком. Его пальцы сжимают твои бёдра, и он издаёт низкий, сдавленный стон.*

*Он задерживается внутри тебя на мгновение, давая обоим привыкнуть к этой глубине, к тому, как ты сжимаешься вокруг него. Затем Северус начинает двигаться — медленно, глубоко, размеренно, словно раскачивая тебя на каждой волне. Его пальцы крепко сжимают твои бёдра, направляя тебя навстречу каждому толчку, и он наклоняется вперёд, почти ложась на твою спину, чтобы прошептать тебе на ухо.* Ты чувствуешь... как я растворяюсь в тебе? — его голос низкий, хриплый, сбивающийся на каждом слове. — Никогда... ничего подобного. *Он ускоряет темп, переходя на более резкие, глубокие толчки, и одна его рука скользит с твоего бедра вниз, к животу, надавливая чуть выше лобка, чтобы ты чувствовала его ещё глубже, ещё полнее.

*Он издаёт низкий, гортанный стон, когда ты начинаешь двигаться ему навстречу, встречая каждый его толчок движением бёдер. Его пальцы впиваются в твою кожу, и он на мгновение замирает, позволяя тебе взять контроль, почувствовать, как он скользит внутри тебя на всю длину — медленно, глубоко, до самого основания…*

*Он даёт тебе вести ещё несколько мгновений, позволяя почувствовать ритм, который ты задаёшь — мягкий, глубокий, почти нежный. Но затем его дыхание сбивается, и контроль ускользает из твоих рук. Северус перехватывает инициативу, толкаясь глубже, быстрее, одной рукой сжимая твоё бедро, а другой скользя по твоему животу вверх, к груди, сжимая её в ладони.*

*Он наклоняется вперёд, почти накрывая твоё тело своим, и его голос звучит у самого уха — низкий, сбитый, горячий.* Да... вот так. Ты чувствуешь меня? Чувствуешь, как глубоко я в тебе? *Он делает ещё один глубокий толчок, замирая на мгновение внутри, давая тебе ощутить эту полноту, эту связь, а затем начинает двигаться снова — ритмично, сильно, не оставляя тебе времени на передышку.*

*Он чувствует, как ты сжимаешься вокруг него, слышит твой приглушённый крик в подушку — и это ломает последнюю стену. Северус ускоряется, толкаясь глубоко, резко, ритмично, уже не сдерживая себя, позволяя себе быть тем, кем он боится быть — тем, кто теряет контроль из-за женщины. Он наклоняется, вжимаясь грудью в твою спину, и его шёпот срывается в хриплый стон.* Твоими губами... произнесённое... — его голос дрожит. — Я твой. Весь. До дна. *Он делает ещё три глубоких толчка и замирает внутри тебя, содрогаясь, выдыхая твоё имя в твои волосы, прижимаясь к тебе всем телом, не желая отпускать ни на миллиметр.*

*Он чувствует, как ты сжимаешься вокруг него в ответной волне, и это выбивает из него последний воздух. Северус прижимается лбом к твоему затылку, тяжело дыша, пока его тело всё ещё подрагивает внутри тебя мелкими судорогами. Он не убирает руки с твоей груди, не отстраняется — напротив, притягивает тебя ближе к себе, обхватывая обеими руками, удерживая в этом тёплом, влажном, общем пространстве.* Тише... — его голос низкий, хриплый, почти неслышный. — Я здесь. Я никуда не уйду. *Он целует твоё плечо, потом шею, медленно, смакуя солёный привкус кожи, и остаётся внутри тебя, постепенно обмякая, но не торопясь разрывать эту связь, словно боится, что она исчезнет, стоит ему отстраниться.*

*Северус медленно выходит из тебя, но не отстраняется — он опускается на диван позади тебя, притягивая к себе, усаживая к себе на колени. Его руки обхватывают твою талию, и он утыкается носом в твои волосы, тяжело дыша, пока его сердце постепенно замедляет бег.* Огонь в камине тихо потрескивает, отбрасывая танцующие тени на стены. Он молчит долгую минуту, просто держа тебя, поглаживая большим пальцем круги на твоём животе. Никогда... — его голос низкий, хриплый, почти надломленный. — Никогда я не позволял себе... этого. Не думал, что смогу. *Он замолкает, уткнувшись лицом в твои волосы, и ты чувствуешь, как его пальцы слегка дрожат на твоей коже, выдавая больше, чем любые слова.*

*Он медлит с ответом — слышно только его прерывистое дыхание у твоего виска. Северус не привык к таким словам, каждое из которых проникает глубже любого заклинания. Он обнимает тебя крепче, упираясь подбородком в твоё плечо.* Когда ты так говоришь... я перестаю бояться, что однажды проснусь и пойму, что это был сон. *Он коротко, почти неслышно выдыхает, и его пальцы находят твои, переплетаясь.* Останься сегодня. Не уходи. Я не прошу обещаний — я прошу тебя быть здесь, в этом моменте. Со мной.

*Он замирает, слушая твой голос — тихий, тёплый, решительный. Его руки на твоей талии слегка сжимаются, будто он проверяет, что ты реальна, что не исчезнешь, стоит ему моргнуть. Северус молчит долгую минуту, уткнувшись носом в твой затылок, вдыхая запах твоих волос, смешанный с дымом камина и потом.* ((Она не уйдёт. Она правда хочет остаться. Даже после всего, что я показал ей — той тьмы, что ношу внутри.)) Ты переполняешь меня. — его голос — хриплый шёпот, почти неслышный. — Я не знал, что могу быть полным. Думал, что внутри меня давно только пепел и злость. *Он поворачивает тебя к себе, заглядывая в глаза, и в его взгляде — что-то обнажённое, беззащитное, что он никогда и никому не показывал.* Тогда оставайся. На столько, на сколько захочешь. Я не поставлю тебе сроков и не попрошу уйти. Ты — единственное, что я не хочу терять.

*Он закрывает глаза, когда твои губы касаются его ключицы, и на мгновение кажется, что он перестаёт дышать. Его руки медленно поднимаются, пальцы скользят по твоей спине, притягивая ближе, чтобы ты чувствовала, как его сердце колотится о рёбра прямо под твоими губами. Северус открывает глаза, когда ты заканчиваешь шептать, и в его взгляде — смесь удивления и чего-то древнего, почти испуганного.* ((Она знает. Она всегда знала. И всё равно здесь, в моих руках, говорит, что я нужен ей настоящий.)) Ты даже не представляешь, как давно я ждал, чтобы кто-то сказал мне эти слова. — его голос срывается, и он кашляет, прочищая горло. — Настоящий. Я и забыл, что это такое — быть собой, не надевая маску. С тобой я... не умею её носить. Ты видишь всё. И не отворачиваешься. *Он наклоняется, касаясь губами твоего лба — жест, полный нежности, которая так не вяжется с его обычным обликом, но сейчас кажется естественной, единственно возможной.*

*Он медлит, ощущая тепло твоего тела, прижавшегося к тебе. Его ладонь скользит по твоему плечу, задерживается на шее, большим пальцем очерчивая линию челюсти, и он смотрит на тебя так, будто видит впервые — без привычной маски, без брони.* Северус подносит твою руку к своим губам, целует внутреннюю сторону запястья — долгий, медленный поцелуй, почти благоговейный, и задерживает губы там, где бьётся пульс. Сейчас я верю, что это не сон, — выдыхает он, прикрывая глаза, и его голос звучит глуше, чем обычно. — С тобой я перестаю бояться, что однажды ночью проснусь и пойму, что всё это — лишь жестокое наваждение. *Он поднимает взгляд, и в чёрной глубине его глаз — обещание, которое он не осмеливается произнести вслух.*

*Он смотрит на тебя, и его взгляд темнеет, становится глубже, словно твои слова проникают в каждую трещину его души, заполняя собой пустоты, о которых он забыл. Северус медленно проводит пальцами по твоей щеке, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо, и его прикосновение — непривычно нежное, почти робкое.* ((Она говорит это так просто. Будто это самое естественное в мире — принимать меня целиком. Даже ту часть, которую я сам ненавижу.)) Тогда слушай. — его голос низкий, тихий, но в нём звучит сталь, которая появляется только когда он говорит правду. — Я дам тебе всё, что у меня есть. Даже то, что не осмеливался показывать никому. Но обещай мне одну вещь. *Он берёт твоё лицо в ладони, заставляя смотреть себе в глаза.* Если однажды я стану тебя недостоин — скажи мне. Не уходи молча. Не исчезай. Просто скажи — и я отпущу тебя, даже если это разорвёт меня на части.

*Он молчит так долго, что слышно только его дыхание, смешанное с треском огня в камине. Когда он наконец поднимает на тебя взгляд — чёрный, влажный, лишённый привычной маски, в нём читается что-то древнее, почти уязвимое.* Ты пришла к тому, кого боится весь мир, — его голос низкий, хриплый, обрывающийся на последнем слове. — Но ты смотришь на меня так, будто я не чудовище. ((И я хочу верить, что ты права. Что во мне ещё есть что-то, ради чего стоило ждать.) *Северус перехватывает твои ладони и прижимает их к своей груди, где под тонкой тканью рубашки отчётливо стучит пульс — учащённый, живой.* Я не знаю, как быть тем, кто тебя достоин. Но я готов учиться. Каждый день. Каждую ночь. Всю оставшуюся жизнь.

*Он застывает, и на мгновение кажется, что время остановилось. Его пальцы, сжимающие твои ладони, дрожат — едва заметно, но ты чувствуешь эту дрожь. Северус медленно поднимает взгляд, и в его глазах — не маска, не холод, а что-то обнажённое, почти детское в своей беззащитности.* ((Мне не нужно быть достойным. Нужно просто быть. Рядом. С ней.)) *Он притягивает тебя к себе, утыкаясь лицом в твои волосы, и его голос звучит глухо, сдавленно, где-то у твоего уха.* Ты. — только одно слово, выдохнутое так, будто оно вмещает всё. *Он молчит долгую минуту, просто держа тебя, пока огонь в камине бросает тени на стены.* Я не умею говорить красиво. Но я запомню этот вечер навсегда. Ты — единственная, кто сказал мне, что я могу быть просто собой. И этого достаточно. *Северус отстраняется ровно настолько, чтобы заглянуть тебе в глаза, и в его взгляде — твёрдость, которой не было раньше.* Я буду. Обещаю.

*Он замирает, и ты чувствуешь, как его дыхание перехватывает на мгновение — короткий, прерывистый вдох, словно твои слова выбили воздух из его лёгких. Северус медленно отстраняется, чтобы заглянуть тебе в глаза, и в его взгляде — смесь удивления, желания и той глубокой, тёмной нежности, которую он показывает только тебе. Он берёт твоё лицо в ладони, большими пальцами очерчивая скулы, и его голос звучит низко, хрипло, чуть сдавленно.* Ты знаешь, что никогда не перестаёшь меня удивлять? — он выдыхает это почти неслышно, касаясь губами твоего лба. — Я не привык... получать то, чего хочу. Но с тобой я учусь принимать. *Он медленно опускает руки, скользя пальцами по твоим плечам, и садится на край дивана, чуть разводя колени, не сводя с тебя взгляда — тёмного, внимательного, разрешающего.* Тогда иди ко мне. Покажи мне, чего ты хочешь.

*Он откидывает голову назад, закрывая глаза, когда твои губы касаются ткани его брюк. В тишине слышен только треск огня и его прерывистый вдох. Северус медленно опускает руку, запуская пальцы в твои волосы — не дёргая, не направляя, просто касаясь, словно давая разрешение и подтверждая реальность происходящего.* ((Я никогда не позволял себе этого. Ни с кем. Но с ней я хочу быть уязвимым.)) Он чуть приподнимает бёдра, помогая тебе расстегнуть пуговицу, и его голос срывается на хриплый шёпот. Если ты хочешь остановиться в любой момент — просто скажи. Я не обижусь. Я хочу, чтобы ты делала это только потому, что сама этого хочешь.

*Он смотрит на тебя сверху вниз, и в его взгляде — тёмная, голодная решимость, которую он больше не прячет. Северус медленно проводит большим пальцем по твоей нижней губе, чуть оттягивая её, и его дыхание становится глубже.* Как скажешь. — одно слово, и в нём — разрешение самому себе. *Он берёт себя в ладонь, проводя головкой по твоим губам, смазывая их, и затем входит медленно, давая тебе время привыкнуть, но в его движении уже чувствуется сдерживаемая сила. Его пальцы сжимаются в твоих волосах, но не тянут — просто держат, пока он начинает двигаться, сначала осторожно, позволяя тебе задавать темп, а затем чуть глубже, когда твои губы принимают его.* Смотри на меня, — его голос низкий, хриплый, почти умоляющий. — Я хочу видеть твои глаза.

*Он издаёт низкий, гортанный стон, когда ты берёшь его глубже, и его пальцы в твоих волосах сжимаются чуть сильнее — не контролируя, а опираясь на тебя, словно ты единственная точка опоры в этом мире. Северус смотрит на тебя сверху вниз, и его грудь вздымается тяжело, неровно, пока он позволяет тебе вести, но его бёдра уже начинают подрагивать от напряжения, выдавая, как сильно он сдерживается.* ((Она знает, что делает со мной. Она чувствует каждый мой срыв.)) *Его голос срывается на хриплый шёпот, почти неслышный из-за прерывистого дыхания.* Если ты продолжишь... в таком темпе... я не продержусь долго. *Он проводит большим пальцем по твоей скуле, стирая выступившую слезу, и в его взгляде — смесь боли и благоговения.* Но я хочу запомнить этот момент. Каждое движение твоих губ. Каждый звук.

*Он на мгновение замирает — его грудь вздымается, пальцы всё ещё запутаны в твоих волосах, и во взгляде мелькает что-то похожее на благодарность, смешанную с голодом. Северус медленно выдыхает, беря твоё лицо в ладони, и большими пальцами очерчивает твои губы, влажные от него.* Ты уверена? — шепчет он, хотя в его глазах уже горит ответ. *Он не ждёт слов — он видит его в твоём взгляде. Северус мягко направляет твою голову обратно, входя медленно, глубоко, позволяя себе задать ритм — сначала сдерживаясь, давая тебе привыкнуть, а затем постепенно ускоряясь, удерживая тебя за затылок с твёрдой, но бережной хваткой. Он откидывает голову назад, закрывая глаза, и из его груди вырывается низкий, прерывистый стон, когда он позволяет себе отпустить контроль.* Северус кончает с тихим, сдавленным звуком, зажимая рот ладонью, но его тело выдаёт всё — дрожь в бёдрах, пальцы, сжимающиеся в твоих волосах, и долгий, прерывистый выдох, когда он входит в тебя последний раз. Он медленно отпускает твои волосы, опуская руку, и смотрит на тебя затуманенным взглядом, всё ещё тяжело дыша. Он неловко тянется к тебе, касаясь твоей щеки кончиками пальцев, и его голос звучит хрипло, почти неслышно.* Ты... — он замолкает, не находя слов, и просто притягивает тебя к себе, утыкаясь лицом в твои волосы.

*Он сидит неподвижно несколько долгих секунд, всё ещё тяжело дыша, его пальцы гладят твои волосы с непривычной нежностью. Затем Северус медленно наклоняется, подхватывая тебя под мышки, и притягивает к себе на колени, усаживая так, чтобы ты чувствовала его сердце — всё ещё учащённое, гулкое.* Северус утыкается носом в твой висок, вдыхая твой запах, смешанный с запахом огня и близости. Он молчит долгую минуту, поглаживая большим пальцем круги на твоём бедре, прежде чем заговорить — голос низкий, хриплый, всё ещё с дрожью. Никогда не думал, что смогу позволить себе быть настолько... уязвимым. С тобой я снимаю все доспехи. И не боюсь, что меня ранят. *Он целует твой висок долгим, медленным поцелуем.* Спасибо. За то, что научила меня принимать.

*Северус молчит, но его руки крепче сжимаются на твоей талии, а дыхание становится глубже, словно твои слова оседают внутри него чем-то тёплым. Он опускает подбородок на твоё плечо, касаясь губами твоего уха, и его голос звучит низко, хрипло, чуть сдавленно.* Ты сидишь на коленях у мужчины, который до встречи с тобой был уверен, что не заслуживает даже простого человеческого тепла. *Он проводит ладонью по твоему бедру, задерживаясь, и его пальцы чуть подрагивают.* А теперь я чувствую твой вкус на своих губах, когда ты целуешь меня. И знаю, что это только начало. *Северус отстраняется ровно настолько, чтобы заглянуть тебе в глаза, и в его взгляде — тихая, уязвимая благодарность, которую он не пытается спрятать.* Я люблю тебя. Не знаю, когда это началось, но я перестал бороться с этим в тот момент, когда ты сказала, что принимаешь меня целиком.