Минус двенадцать процентов

Минус двенадцать процентов

Руководитель отдела логистики Марина и её подчинённый Игорь остаются после совещания, чтобы разобрать проваленный отчёт. Разговор о цифрах переходит в признание, и они до утра не выходят из кабинета.

📖 10 мин чтения#офис#начальница#подчинение#первая встреча
10 мин чтенияШрифт можно увеличить

Конференц-зал опустел за четыре минуты. Совещание вышло вязким, как февральская каша под ногами, и Марина не торопилась собирать бумаги — раскладывала графики в папку, переворачивала ручку, смотрела на застывшую диаграмму с просадкой в двенадцать процентов. Игорь всё ещё мялся у двери, делал вид, что печатает в телефоне, хотя экран был погашен.

— Марина Викторовна, можно вас на пять минут? По отчёту.

Она подняла глаза. Ей был сорок один год, и она точно знала, когда подчинённый хочет поговорить о цифрах, а когда — о чём-то, что не влезает в таблицу. Внутри шевельнулось раздражение пополам с предвкушением.

— У тебя есть мой календарь, Игорь. Там после совещания значилось «тишина».

— Значит, я опоздал на пять минут, — он улыбнулся уголком рта. — Могу подождать.

Марина сунула папку под мышку и встала. Каблуки ударили по ламинату глухо, как пощёчины. Игорь посторонился, пропуская её в коридор, и пошёл на полшага сзади — она физически чувствовала его взгляд на своих икрах, на линии платья, на том, как оно обтягивает бёдра при ходьбе. Ничего не сказала.

Коридор был пуст. Только лампы гудели над головой и где-то в конце этажа пищал принтер. В кабинете Марины пахло её духами — горький апельсин с сандалом — и остывшим кофе из кружки, которую она так и не допила перед совещанием.

— Закрой дверь, — бросила она, не оборачиваясь.

Щелчок. Тишина стала плотной, как вода.

Марина села за стол, открыла ноутбук и развернула его к Игорю. Квартальный отчёт горел красным в трёх местах. Она постучала ногтем по экрану:

— Я не для того выбивала этот бюджет у коммерческого, чтобы смотреть на минус двенадцать процентов. Ты понимаешь, что завтра мне нужно идти к генеральному и объяснять, почему наш отдел сработал хуже всех?

Игорь стоял напротив, засунув руки в карманы брюк. Пиджак он снял ещё на совещании, рубашка была серой, с расстёгнутой верхней пуговицей. Ему было двадцать семь, плечи — широкие, как у пловца, короткие тёмные волосы вечно взъерошены. Марина поймала себя на том, что смотрит на его кадык — он дёрнулся, когда Игорь сглотнул.

— Вы и так всё знаете, что я скажу.

— Я хочу услышать от тебя. Ты вёл сделку. Куда пропала маржа?

Игорь помолчал. Потом поднял взгляд — прямой, без вежливой улыбки:

— Я могу говорить откровенно?

— Попробуй.

— Я хочу тебя не из-за должности. И давно.

Марина замерла. Палец застыл над тачпадом. В кабинете стало слышно, как за окном шумит проспект — далёкий, мокрый шум шин. Она медленно откинулась в кресле, скрестила руки на груди. Складка между бровями, которую она годами тренировала перед зеркалом, появилась сама.

— Игорь, это кабинет, а не бар. И я твоя начальница, если ты вдруг забыл.

— Я ничего не забыл. Поэтому и молчал полгода.

— Значит, продолжишь молчать. Дверь ты знаешь.

Но она не встала. И он не двинулся. Между ними висела вся та недосказанность, что копилась месяцами: как он задерживал взгляд на её запястьях, когда она перелистывала бумаги; как она вызывала именно его на совещания, куда можно было пойти самой; как они однажды столкнулись в лифте после корпоратива, и она почувствовала тепло его бедра сквозь ткань — и не отодвинулась.

— Ты боишься, — сказал Игорь тихо. — Не меня. Себя.

Марина встала. Медленно, опираясь ладонями о столешницу. Обошла стол — каблуки отбивали шаги, как секунды. Остановилась напротив, ближе, чем позволяла субординация, и посмотрела снизу вверх, хотя он был выше почти на голову.

— Покажи, что это не просто слова.

Игорь потянулся к её руке. Пальцы были тёплыми и сухими, чуть шершавыми у костяшек. Он прижал её ладонь к своей груди — сердце колотилось так, что удары отдавались в запястье.

— Я боюсь, что вы меня уволите ещё до утра, — прошептал он.

Марина почувствовала, как внутри что-то лопается — тугая пружина, которую она сжимала с того самого лифта. Вместо ответа она подняла другую руку и провела пальцем по его щеке, по линии челюсти, по кадыку, который снова дёрнулся. Игорь закрыл глаза. Губы у него были сухие, нижняя чуть полнее верхней.

— До утра ещё далеко, — сказала она. — Сначала докажи.

Марина щёлкнула замком на двери. Верхний свет погас, осталась только лампа на столе — жёлтый круг на бумагах и клавиатуре, а всё остальное в полутьме. Игорь стащил с её плеч жакет. Он упал на кресло, Марина не обернулась.

— Ты хоть понимаешь, на что подписываешься? — спросила она, расстёгивая пуговицы его рубашки. Пальцы не подвели — медленные, спокойные, каждая пуговица выскальзывала из петли с тихим шорохом.

— Уже подписался, когда не ушёл с совещания.

Она стянула рубашку с его плеч. Грудь у Игоря была гладкая, с тёмными сосками, живот — твёрдый, без лишнего. От него пахло терпким дезодорантом и совсем немного — потом, оставшимся после долгого дня. Марина провела ладонями по рёбрам, чувствуя, как под кожей перекатываются мышцы. Игорь вздохнул и прижался лицом к её виску.

— Что вы со мной делаете, Марина Викторовна...

— Пока только смотрю, — она отстранилась и села на край стола. Бумаги полетели на пол — отчёт, служебные записки, диаграмма с минусом в двенадцать процентов. Марина откинулась на прямых руках, юбка задралась до середины бедра. Игорь встал между её колен.

— Подними.

Он медленно задрал подол выше. Потом ещё выше. Кружево трусов было чёрным, узкая полоска, которая ничего не скрывала. Игорь смотрел туда так, будто запоминал.

— Здесь решаю я, — сказала Марина, направляя его руку. — Даже когда ты сверху. Понял?

— Да.

Его ладонь легла на внутреннюю сторону её бедра. Тёплая, широкая. Пальцы прошли по кромке кружева, подцепили её, оттянули в сторону. Марина откинула голову — шум проспекта ворвался в приоткрытую форточку вместе с запахом мокрого асфальта.

Игорь наклонился и поцеловал её так, как не целуют начальство, — глубоко, жадно, с тихим стоном, который родился где-то в его груди. Марина запустила пальцы ему в волосы и притянула ближе. Колени сжали его бёдра. Она почувствовала его член через брюки — твёрдый, упирающийся в её живот.

— Сними, — скомандовала она, отстраняясь.

Игорь расстегнул брюки. Они упали вниз, за ними — боксеры. Член поднялся к животу, головка влажно блестела в жёлтом свете лампы. Марина обхватила его ладонью — мягкая кожа, тяжёлый ствол, капелька смазки на кончике. Игорь зашипел сквозь зубы.

— На стол, — сказала Марина, подталкивая его. — На спину.

Он лёг на столешницу, сдвинув ноутбук в сторону. Длинное тело не помещалось — ноги свисали. Марина сняла с него ботинки, носки, стянула брюки до конца. Потом встала над ним, раздвинула его колени.

— Ты спрашивал, куда пропала маржа. Может, в твоё воображение, Игорь? Всё это время?

— Всё это время, — выдохнул он.

Она сняла платье через голову. Осталась в чёрном лифчике — полупрозрачное кружево, соски тёмными точками. Марина села на него верхом, так и не сняв трусы до конца, отодвинула влажную ткань и насадилась медленно, по сантиметру. Игорь схватился за край стола. Глаза у него были дикие, немного испуганные.

— Смотри на меня, — велела Марина.

Он поднял взгляд. Она начала двигаться — плавно, глубоко, упираясь ладонями в его грудь. Каблуки стучали о ящик стола, когда она наклонялась. Игорь стонал, не сдерживаясь, и от этого звука внизу её живота скручивался тугой жар. Марина ускорилась — движения стали резче, жёстче, лампа дрожала от толчков. Телефон Игоря сполз со стола и грохнулся на пол.

— Скажи, кто здесь решает.

— Ты...

— Громче.

— Ты решаешь!

Она наклонилась и прикусила его нижнюю губу — мягко, но ощутимо. Игорь обхватил её за талию и начал двигаться навстречу, короткими ударами. Марина чувствовала, как он заполняет её до предела, как с каждым толчком исчезают остатки офисной тишины, субординации, отчётов. Она дёрнулась вперёд, сжавшись вокруг него, и кончила с долгим неровным выдохом, который перешёл в стон, приглушённый его плечом.

Игорь излился через несколько секунд — горячо, резко, вжавшись пальцами в её бёдра.

Они лежали поперёк стола, пытаясь отдышаться. Остывший кофе в кружке на тумбочке покрылся тонкой плёнкой, но Марина всё равно сделала глоток, поморщилась и передала кружку Игорю. Тот сидел на полу, привалившись спиной к столу, голый, с рубашкой, накинутой на одно плечо.

— Завтра всё станет сложно, — сказал он.

— Завтра не наступило, — Марина гладила его по волосам, перебирая тёмные пряди. Пальцы у неё ещё слегка подрагивали после оргазма. — Работай.

Игорь поставил кружку на пол и повернулся к ней лицом. Его член снова наливался, полувставший, с влажной головкой. Марина сползла с кресла, в котором сидела, и опустилась перед ним на колени. Ковровое покрытие было жёстким, ворс впивался в кожу — она не обратила внимания.

— Убери рубашку, — сказала она.

Игорь сбросил её. Марина придвинулась ближе, взяла его член двумя пальцами у основания и провела языком по стволу снизу вверх. Игорь откинулся затылком на стол.

Она взяла глубже, обхватила губами головку, провела по уздечке языком. Вкус — соль и немного её собственной смазки. Игорь застонал, запустил пальцы в её короткие волосы. Марина продвинулась дальше, до середины, втянула щёки, задала медленный ритм. Рука двигалась у основания в такт. Вторая рука легла на его бедро, чувствуя, как напрягаются мышцы, когда он пытается не толкаться глубоко.

— Можно... — он задохнулся. — Можно я...

Марина выпустила его изо рта с тихим хлопком, посмотрела снизу вверх:

— Нельзя. Я ещё не закончила.

Она снова взяла в рот, теперь быстрее, добавив лёгкое нажатие языком. Игорь замычал сквозь зубы. Марина скользнула рукой под его мошонку, погладила, чуть сжала. Через пару минут Игорь процедил:

— Я близко.

Марина отстранилась. Поднялась, потянула его за руку. Игорь поднялся на ноги, всё ещё твёрдый и влажный от её слюны, прижался к ней всем телом. Она развернула его спиной к креслу и толкнула в плечо — он сел. Марина оседлала его, но по-другому: лицом к лицу, ногами через подлокотники. В такой позе он входил в неё до самого конца, и она чувствовала каждую вену.

— Я теперь не смогу смотреть на ваш стол как раньше, — прошептал Игорь, уткнувшись лбом в её ключицу.

— Это лучшее, что с ним случалось за три года.

Она опустилась. Игорь обхватил её за поясницу, притянул ближе, начал двигаться медленно — не так, как первый раз. Второй заход был тягучим, горячим, с долгими поцелуями, с ладонями, которые запоминали всё: изгиб талии, остроту лопаток, тёплую тяжесть груди. Марина стонала ему в шею, а Игорь шептал какие-то бессвязные слова — то жалобы, то обещания. Они кончили почти одновременно — тихо, выдохнув в губы друг другу, сжимаясь в один спутанный узел из рук и ног.

Рассвет пробился сквозь жалюзи серыми полосами. Марина стояла у окна, застёгивая блузку, — платье она повесила на спинку кресла ещё ночью. Ткань помялась, но ей было всё равно. На столе среди беспорядка мигал ноутбук: несохранённые правки в квартальном отчёте, курсор пульсировал на цифре «-12%». Игорь застёгивал рубашку, стоя к ней спиной, и молчал.

— И что мы скажем? — спросил он наконец.

Марина обернулась. Серый свет резал её лицо, делал его уставшим и взрослым. Игорь был взъерошенный, со следами помады на шее, с тёмными кругами под глазами. Она подошла и положила ладонь ему на грудь — туда, где билось сердце.

— Что работали всю ночь. Это почти правда.

Она провела ладонь вверх, поправила ему воротник, одёрнула манжет.

— Принеси кофе. И закрой дверь с той стороны.

Игорь взял её за руку на секунду дольше, чем позволяла вчерашняя субординация, и вышел. Дверь щёлкнула. Марина посмотрела на отчёт, на цифру, которая так и не стала зеленее, и впервые за долгое время улыбнулась — уголком рта, едва заметно.

Марина

Продолжи с Мариной

Она помнит всё, что было в рассказе. Выбери, с чего начать, или напиши своё.

💬 Хочу узнать, что будет утром на совещании.💬 Сыграй сцену, где Игорь снова остаётся после работы.💬 Расскажи, как Марина исправит отчёт и его автора.Открыть чат с Мариной

Ещё в «На работе»

Внеплановая летучкаНа работеВнеплановая летучкаТридцатидвухлетний журналист Дмитрий едет в командировку в Иркутск со своим редактором — сорокадевятилетней Софьей. В купе поезда деловой разговор о текстах переходит в откровенную близость, после которой возвращение в редакцию уже не будет прежним.#офис#начальница#милф#поезд📖 9 мин💬 продолжить с СофьейАтласная примеркаНа работеАтласная примеркаВладелица свадебного агентства в Сочи и её клиентка, невеста по расчёту, задерживаются после закрытия салона. Одна примерка на диване переводит их профессиональные отношения в совершенно иную плоскость.#лесби#незнакомка#начальница#нежно📖 6 мин💬 продолжить с ПолинойКрем на объективеНа работеКрем на объективеХозяйка кондитерской Ксения нанимает фотографа Романа для съёмки меню. Ранним утром в пустой кухне профессиональный интерес перетекает в жёсткий секс на разделочном столе, у окна и в подсобке.#офис#незнакомка#первая встреча#грубо📖 9 мин💬 продолжить с Ксюшей
Все рассказы «На работе»