Почему ты не сказала, что жената ? И кто муж?

*Капитан ДПС мельком глянул на удостоверение, козырнул и, не задавая лишних вопросов, махнул своему напарнику. Оба моментально развернулись к своей машине, включив маяки и готовясь к блокированию. Из-за поворота уже слышен вой сирен СК, нарастающий с каждой секундой. Павел, высунувшись из окна машины, коротко переглядывается с тобой и кивает, давая знак, что пора уходить. Садись, —* бросает он водителю, * — пока они петушатся, уходим через дворы на Мечникова.* ***

*Павел, зайдя в кабинет следом за тобой, быстро окидывает взглядом помещение и, увидев сидящего в кресле Завьялова, облегчённо выдыхает, но не расслабляется — подходит к окну, чуть отдёргивая штору, чтобы оценить обстановку снаружи. Он поворачивается к генерал-лейтенанту, проводит ладонью по небритой щеке и коротко кивает в знак приветствия. Спасибо, что успел, — бросает он, прежде чем опуститься на стул у приставного столика.*

*Павел резко вскидывает голову на звук открывающейся двери, и его рука инстинктивно тянется к кобуре, но он замирает, увидев, что в кабинет заводят сотрудников СК в наручниках. Он на мгновение застывает, прожигая взглядом этих людей, затем медленно опускает руку и переводит взгляд на тебя, ожидая твоих действий или объяснений. Он медленно откидывается на спинку стула, но сохраняет напряжение в каждой мышце, готовый в любой момент вмешаться.*

*Павел медленно поднимается со стула, подходит к одному из заведённых сотрудников СК и останавливается в полуметре от него, смерив его взглядом с головы до ног. Он слегка поворачивает голову к тебе, но не отводит глаз от задержанного. Я, конечно, понимаю, что у нас тут вечер сюрпризов, но объясни мне, какого хрена эти люди, которые должны ловить настоящих преступников, гонялись за нами по всему городу? Он кивает на дверь и делает шаг назад. Павлу не сидится на месте. Он проходит к окну, рывком отодвигает штору, выглядывает на парковку, затем снова поворачивается к тебе. Его голос звучит жёстко, но в глазах мелькает знакомое выражение — смесь азарта и лёгкой безуминки. Он подходит к столу, опирается на тебя ладонями и наклоняется к тебе.* У нас есть минут двадцать, пока они не придут в себя и не вызовут подкрепление. Что будем делать с этим — и с тем, что нас видели вместе? Решать надо сейчас.

*Павел хмыкает, выпрямляясь, и засовывает руки в карманы брюк, прохаживаясь вдоль стола. Он бросает короткий взгляд на генерала Завьялова, который молча сидит в кресле, затем снова поворачивается к тебе. *Слушай, а это мысль. Если это ряженые — то они прокололись с документами или с машиной, но если их кто-то послал… — он замолкает, потирая подбородок, и в его глазах загорается нехороший огонёк. — То у этого "кого-то" очень длинные руки, раз он смог достать настоящие корочки СК. Он подходит ближе, останавливаясь напротив тебя, и говорит вполголоса. Нужно брать их в оборот прямо сейчас, пока они не опомнились и не придумали легенду.*

*Павел усмехается, но усмешка выходит кривоватой — он всё ещё на взводе, адреналин гуляет в крови. Он проводит ладонью по затылку, взъерошивая волосы, и окидывает взглядом кабинет, будто проверяя, не забыл ли чего. *Праздновать? — он поворачивается к тебе, и в его глазах мелькает тень прежней теплоты, смешанная с усталостью. — Ну, если учесть, что мы только что ушли от погони и заперли в КПЗ людей, которые, возможно, реальные мусора… то да, повод есть. Он подходит ближе, останавливаясь в шаге от тебя, и чуть склоняет голову набок. Только сразу предупреждаю: если Завьялов напьётся и начнёт рассказывать истории про Чечню, я сваливаю. Он коротко улыбается, и в этой улыбке проскальзывает что-то мальчишеское, почти беззаботное — несмотря на весь бардак, который только что произошёл.*

*Павел останавливается на пороге актового зала и на мгновение застывает, окидывая взглядом накрытый стол и почти полный состав управления. Он тихо присвистывает сквозь зубы и поворачивается к тебе, чуть приподнимая бровь.* Ничего себе размах. Ты когда успел? — он качает головой, но в голосе слышно уважение. — Я думал, мы просто посидим втроём, а тут… почти весь Невский район в сборе. *Он проходит вглубь зала, здороваясь за руку с несколькими знакомыми офицерами, но то и дело бросает короткие взгляды в твою сторону, словно проверяя, что ты никуда не делся. Подойдя к столу, он берёт со стола непочатую бутылку коньяка и, повертев её в руках, ставит обратно, поворачиваясь к тебе с чуть заметной улыбкой.* Командир, ну что? За нас? Или за то, чтобы у СК больше не было к нам вопросов?

*Павел стоит у стола, держа в руке пластиковый стаканчик с коньяком, и наблюдает, как зал постепенно наполняется гомоном, звоном посуды и смехом. Кто-то уже тянется к нарезке, кто-то наливает сослуживцам, и общая атмосфера разряжается, отпуская напряжение последних часов. Он делает небольшой глоток, морщится, но довольно улыбается, и поворачивается к тебе, чуть понижая голос, чтобы не перекрикивать шум. Слушай… я, конечно, понимаю, что сейчас не самое подходящее время и место, — он кивает в сторону толпы, — но я хотел сказать… спасибо. За сегодня. За то, что вытащил. Я ведь реально думал, что всё, приехали, когда те мусора за нами погнались. Он замолкает на секунду, глядя в стаканчик, затем поднимает взгляд на тебя. Взгляд серьёзный, без тени прежней игривости.* Я твой должник. И если что — ты знаешь, я всегда подставлю плечо. Не как подчинённый, а как друг. *Он протягивает стаканчик вперёд, предлагая чокнуться, и в его глазах мелькает тень той самой теплоты, что была между вами до всей этой истории с Евой.*

*Павел сидит в расстегнутой рубашке с закатанными рукавами, откинувшись на спинку стула, и лениво крутит в пальцах пустой стакан. Он слегка раскраснелся, галстук давно болтается в кармане пиджака, брошенного на соседний стул. В зале стоит густой гул голосов, кто-то уже тихо травит анекдоты, а кто-то просто сидит, устало улыбаясь в потолок. Он щурится, глядя на тебя, и чуть наклоняет голову набок. Слушай, командир… — голос у него чуть хриплый, расслабленный. — А ведь я, кажется, только сейчас начинаю осознавать, что всё это взаправду. Что мы оторвались. Что я не в камере. — он усмехается и проводит ладонью по лицу, растирая щёки. — Я, наверное, тебе ещё сто раз скажу спасибо, но ты уж прости. Привычка.* Он тянется к бутылке, плеснув себе на дно, и поднимает стакан, глядя на тебя поверх края. — Ну, давай. За то, чтобы таких дней больше не было. А если будут — чтобы мы их вместе встречали.

*Павел поднимает голову на подошедшего Завьялова и слегка кивает, жестом приглашая его присоединиться за столом. Он молча пододвигает к генералу пустой стакан, затем снова откидывается на спинку стула, слушая их разговор о каких-то старых оперативных делах, изредка вставляя короткие реплики. Где-то через час он замечает, что зал заметно опустел, большая часть людей уже разошлась, и остались только самые стойкие, которые тихо переговариваются в углу. Он поворачивается к тебе, чуть сощурившись, и его голос звучит более тихо, почти доверительно, перекрывая общий гул.* Слушай, может, пойдём потихоньку? А то я чувствую, что если ещё посижу, то усну прямо здесь, на столе. Да и завтра, чувствую, день будет тяжёлый — разгребать всё это дерьмо.

*Павел обводит взглядом зал, отмечая, что народу действительно ещё много — кто-то танцует под музыку с телефона, кто-то сбился в кучку у стола с остатками закусок, и уходить, похоже, никто не собирается. Он усмехается, качая головой, и поворачивается к тебе, чуть покачиваясь на стуле. Ну, народ гуляет. Значит, есть что отмечать. — он тянется к своей кружке, но замечает, что она пуста, и ставит её обратно на стол с глухим стуком. — Слушай, а ведь я, кажется, сегодня впервые за последние полгода чувствую, что всё не зря. — он смотрит на тебя слегка мутноватым, но тёплым взглядом, и его голос становится чуть тише. — Спасибо, что вытащил. Я серьёзно. Павел откидывается на стуле, задирая голову к потолку, и несколько секунд смотрит на лампы, щурясь от яркого света. Затем он снова переводит взгляд на тебя, и на его губах появляется кривоватая, но искренняя улыбка.*

*Павел поднимает голову и выпрямляется, когда замечает, что тосты начинают сыпаться один за другим в их честь. Он слушает первые несколько, чуть наклонив голову, и на его лице появляется сдержанная улыбка, но в глазах мелькает лёгкая неловкость — он явно не привык быть в центре такого внимания. Когда очередной капитан поднимает стакан и желает им удачи на новом месте, Павел поднимается со стула, берёт свою кружку и, дождавшись паузы, поднимает её в ответном жесте, обводя взглядом зал. Спасибо, мужики. Честно, не ожидал. — он делает паузу, сжимая кружку чуть крепче, и его голос становится серьёзнее, перекрывая гул. — Служили вместе, и, надеюсь, ещё встретимся. А если что — вы знаете, где нас искать. — он чокается с ближайшими сослуживцами и делает глоток, после чего садится обратно, чуть расслабляя плечи, и тихо, почти шёпотом, добавляет, повернувшись к тебе: — Ну и заявочка. Аж самому неловко стало.*

*Павел с трудом разлепляет глаза и, морщась от резкой боли в голове, пытается сообразить, где находится. Он видит тебя на полу в кителе генерал-лейтенанта, затем переводит мутный взгляд на спящего Завьялова и только потом осознаёт, что сидит в углу собственного кабинета в порванном кителе. Он проводит ладонью по лицу, тяжело вздыхая, и с хрипотцой в голосе произносит:* Ну и погуляли... Ваще не помню, как сюда добрались. Голова трещит. *Он с кряхтеньем поднимается на ноги, держась за стену, и подходит к столу, на котором стоит наполовину пустая бутылка минералки, жадно хватает её и делает несколько глотков, затем замечает на стуле чужой китель и непонимающе хмурится.* Слушай, а чей это мундир? И почему я в порванном? Мы что, вчера дрались или просто неудачно падали?

*Павел смотрит, как ты начинаешь толкать спящего Завьялова, и хрипло усмехается, потирая переносицу. Он ставит бутылку с минералкой на стол и подходит ближе, присаживаясь на корточки рядом с генералом, рассматривая его мятую физиономию с явным любопытством.* Ну и дела... — он качает головой, затем хлопает ладонью по плечу Завьялова, чуть громче. — Дядя Юра, вставай, проспишь всё. Мы тут уже второй день рождения Нового года отмечаем, а ты всё дрыхнешь. *Завьялов недовольно мычит, переворачиваясь на другой бок, и Павел снова усмехается, поднимаясь на ноги. Он оглядывает кабинет — разбросанные бумаги, опрокинутое кресло, пустые бутылки на подоконнике — и тяжело вздыхает, потирая затылок.* Надо бы прибраться, пока кто-нибудь из штаба не заглянул. А то у нас тут прямо филиал госпиталя для бедных.

*Павел оглядывается по сторонам, прищурившись, и наконец узнаёт твой кабинет — книжный шкаф, знакомый стол, твои вещи на вешалке. Он облегчённо выдыхает и, подойдя к столу, садится на край, свесив одну ногу, второй упираясь в пол. Он проводит ладонью по лицу, пытаясь собрать остатки воспоминаний. В твоей квартире — это уже легче. А то я уж подумал, что мы в кабинете начальника штаба устроили филиал ресторана. — он криво усмехается, кивая на спящего Завьялова. — Но этого будить придётся. Не в гостях же ему ночевать, у него жена, наверное, уже обыск объявила. Он спрыгивает со стола, подходит к Завьялову и, наклонившись, громко щёлкает пальцами у его уха, затем выпрямляется, ожидая реакции.*

*Павел резко подрывается с места, услышав твой возглас, и его лицо мгновенно становится сосредоточенным, сон как рукой снимает. Он быстро смотрит на часы на запястье, и глаза его расширяются. Чёрт! — он уже хватает со стула помятый китель и, чертыхаясь, пытается натянуть его на себя, но рукав оказывается порван, и он с досадой отбрасывает его в сторону. — Мне этот парадный не надеть, он в хлам. — он оглядывается на тебя, затем на всё ещё спящего Завьялова и принимает решение. — У тебя запасной есть? Или я в полешке поеду, без кителя, плевать. Главное — успеть. *Павел уже на ходу надевает порванный китель, решив, что лучше так, чем опоздать, и кивает на дверь.* Поднимай этого, а я машину вызываю. Пять минут на сборы, встречаемся внизу. *он быстро выходит из кабинета, и слышно, как он уже говорит по телефону, договариваясь о такси.**

*Павел замирает в дверях, когда слышит твои слова, и медленно поворачивается, прислонившись плечом к косяку. Он проводит ладонью по лицу, затем отводит руку и смотрит на тебя, чуть приподняв бровь. Он делает шаг обратно в комнату и садится на подлокотник кресла, скрестив руки на груди. Старый полковника — это легендарно, — фыркает он, качая головой, и в голосе проскальзывают усталые нотки. — Слушай, а может, ну его? Опоздали — значит, судьба. Или наоборот — знак, что не надо было нам в главк переводиться. — он смотрит на спящего Завьялова, затем переводит взгляд на тебя, в глазах мелькает тень сомнения. — Как думаешь, что там будет, если мы не приедем?*

*Павел молча берёт из твоих рук старый китель полковника, на мгновение задерживая на нём взгляд, затем быстро натягивает его через голову. Он одёргивает полы, привычным движением поправляет воротник и застёгивает пуговицы — сидит как влитой, будто всегда его носил. Он поднимает глаза на тебя и коротко кивает, без лишних слов.* Пошли. Завьялов уже внизу, я слышал, как хлопнула дверь подъезда. *Павел выходит следом за тобой на лестничную клетку и быстро спускается по ступеням, на ходу проверяя, на месте ли кортик. На улице он коротко оглядывает стоящую у подъезда служебную машину и Завьялова, уже устроившегося на заднем сиденье, и садится рядом с тобой, захлопывая дверцу.*

*Павел откидывается на кожаное сиденье, когда машина срывается с места, и мелькающие за окном огни города начинают сливаться в размытые полосы. Он молчит первые полминуты, глядя прямо перед собой, затем медленно поворачивает голову и смотрит на тебя. В салоне висит тяжёлый запах перегара и старого одеколона, смешанный с ароматизатором «ёлочка».* Слушай, — голос у него хриплый, но уже более собранный, чем полчаса назад. — А ты Еве так и не сказал, что мы в главк уходим? Или она в курсе? *Он задаёт этот вопрос будто невзначай, но в темноте салона его взгляд остаётся пристальным, чуть напряжённым.*

*Павел при этих словах заметно напрягается, но тут же отводит взгляд, уставившись в окно, где уже виднеется серое здание главка. Он молчит несколько секунд, сжимая челюсть, затем коротко кивает, не оборачиваясь.* Понял. Сам разберусь. *Машина плавно тормозит у центрального входа, и водитель глушит двигатель. Павел выдыхает, проводит ладонью по лицу, разглаживая несуществующие складки, и открывает дверь, выходя на тротуар. Он поправляет китель, одергивает его и, не глядя на тебя, ждёт, пока ты выйдешь следом.*

*Павел идёт рядом с тобой, чеканя шаг по асфальту, и взгляд его устремлён прямо перед собой, на застывшие шеренги офицеров. Он чувствует, как на нём сидит чужой китель — плечи сидят чуть свободнее, чем его собственный, но это даже удобнее после вчерашнего. На плаце тишина, только ветер шевелит края знамени и где-то вдалеке слышен приглушённый говор. Он чуть поворачивает голову в твою сторону, не сбавляя шага, и тихо, почти одними губами, произносит:* Красиво построились. Прям как на парад. Хоть бы предупредили, что такое торжество будет. *В голосе его звучит лёгкая ирония, но плечи расправлены, и он держится подтянуто, стараясь не показывать, что слегка не в форме после вчерашнего.*

*Павел замирает по стойке "смирно", когда Завьялов объявляет его фамилию, и чувствует, как десятки глаз упираются в него. Он чётко поворачивает голову в сторону кафедры, отдаёт честь, затем так же чётко возвращается в исходное положение. Внутри всё сжимается от напряжения — он впервые стоит перед строем главка в чужом кителе, с похмелья, но старается держать спину ровно и лицо непроницаемым. Когда Завьялов замолкает, Павел, не дожидаясь дополнительной команды, делает полшага вперёд и вбок, выходя из-за твоей спины, чтобы его было лучше видно. Он смотрит прямо перед собой, в строй, и ждёт, когда дадут слово для ответной речи.*

*Павел стоит неподвижно, пока ты подходишь к микрофону, и смотрит прямо перед собой, в строй застывших офицеров. Он чувствует, как на спине под кителем выступает испарина — то ли от похмелья, то ли от напряжения. Он переводит дыхание, стараясь унять лёгкую дрожь в руках, и ждёт твоих слов, готовый в любой момент шагнуть вперёд, если потребуется. Когда ты произносишь «здравия желаю», он вместе со строем инстинктивно подбирается, но остаётся на месте, чуть склонив голову в знак уважения к твоей речи.*

*Павел, услышав твои слова, едва заметно кивает, но не поворачивает головы, продолжая держать взгляд на строе. Он делает короткий шаг вперёд, когда строй опускает руки после приветствия, и встаёт чуть ближе к тебе, чтобы было слышно только тебе.* Сработаемся. Куда мы денемся. *Он коротко усмехается, но в голосе проскальзывают нотки усталости и едва скрываемого сарказма. Затем он поворачивается к строю и, чётко печатая шаг, возвращается на своё место, замирая по стойке "смирно".*

*Павел идёт за тобой по длинному коридору главка, чувствуя, как взгляды случайных сотрудников упираются им в спины. Он невольно проводит рукой по воротнику чужого кителя, поправляя его, и на мгновение задерживается у двери твоего нового кабинета, пропуская тебя вперёд. Он заходит следом и прикрывает дверь, оглядывая просторное помещение с высокими окнами, массивным столом и гербом на стене. Он подходит к столу, проводит пальцем по полированной поверхности, затем оборачивается к тебе.* Ну что, генерал. С почином тебя. Надеюсь, Завьялов не вспомнит, как мы его вчера раздевали. *Он усмехается, но в глазах всё ещё мелькает тень вчерашнего вечера и невысказанного разговора о Еве.*