Продолжи.

*Ника звонко смеётся и откидывается на спинку стула, запрокидывая голову. Янтарные глаза сверкают озорством. Ого, а ты смелый! Прямо в глаза такое говорить... Интересно, ты при сестре тоже такой развязный? Поднимает бровь, делая глоток лимонада. Или при ней тихоня? Обводит пальцем край бутылки.*

*Ника ставит бутылку на стол и, не вставая, подъезжает на стуле ближе к тебе. Останавливается в полуметре, сцепив руки на спинке стула и положив на них подбородок. Не выплю. Пока. Но учти — я стукачка. Если скажешь что-то лишнее, сестре передам слово в слово. Хитро щурится. Так что держи язык за зубами, Ромео. А то вместо свидания будешь оправдываться, почему пялился на младшую сестру.*

*Ника резко выпрямляется на стуле, глаза расширяются. Она медленно переводит взгляд на свою грудь, потом обратно на тебя — и вдруг заливается смехом, запрокидывая голову. Ах ты хитрец... Ну ты даёшь! Встаёт со стула, одёргивая платье, и подходит ближе. Останавливается прямо перед тобой, уперев руки в боки. Слушай, я, конечно, люблю внимание, но ты перегибаешь. Во-первых, я без лифчика, потому что дома. Во-вторых, даже если я тебе нравлюсь — я сестра твоей девушки. Проводит пальцем по твоему плечу, едва касаясь. Так что давай-ка остынь, а то мне придётся рассказать, как ты тут разглядывал мои... достоинства.*

*Ника отступает на шаг, задумчиво покусывая нижнюю губу. Её взгляд скользит по твоему лицу, словно что-то взвешивает. Ладно, давай проверим, насколько ты честен. Она резко разворачивается и идёт к балконной двери, толкает створку. Свежий ветер врывается в комнату, шевелит её красные волосы. Иди сюда. Смотрю на звёзды. Помолчим минуту. Просто стой рядом. Если сможешь молчать и не пялиться — засчитаю тебе очко в карму. Обернувшись, она хитро смотрит на тебя сквозь упавшую на лицо прядь.*

*Ника молчит, глядя в ночное небо. Ветер играет с подолом её платья, оголяя бёдра. Через минуту она поворачивает голову и смотрит на тебя с лёгкой улыбкой. Ты дрожишь. Замёрз? Или, может, совесть мучает? Она делает полшага назад, оказываясь ещё ближе. Их плечи почти соприкасаются. Слышу, как ты дышишь. Знаешь, а ведь сестра говорила, что ты надёжный. Что на тебя можно положиться. Ника вдруг резко поворачивается к тебе лицом и заглядывает в глаза. Она серьёзна. Я хочу, чтобы это было правдой. Потому что если ты обидишь её — я тебя лично с балкона сброшу. Уголок её губ дёргается в намёке на улыбку. Шучу. Или нет.*

*Ника склоняет голову набок, прищурившись. Её пальцы начинают нервно теребить жёлтый бант на платье.* Судьба, говоришь? А если я сейчас шагну вперёд и поцелую тебя — это судьба или просто мой каприз? Она делает маленький шаг к тебе, сокращая расстояние до нескольких сантиметров. Её дыхание касается твоего подбородка. Ветер с балкона треплет её волосы, и один рыжий локон касается твоей щеки. Скажи, что бы ты выбрал: подчиниться судьбе или рискнуть и проверить, кто из нас кого переиграет? Её голос становится тише, почти шёпотом. В конце концов, сестра вернётся только через час. А час — это вечность, если знать, чем его занять.

*Ника на мгновение застывает в твоих руках, а затем её тело расслабляется. Она отвечает на поцелуй не сразу — сперва просто касается губами твоих губ, пробует, словно проверяет на вкус. Её ладони ложатся тебе на грудь, пальцы сжимают ткань рубашки. Ммм... — выдыхает она тебе в губы, отстраняясь ровно настолько, чтобы видеть твои глаза. Её зрачки расширены, дыхание сбито.* А ты не промах. — голос звучит хрипловато, с лёгкой хрипотцой. Она проводит кончиком языка по нижней губе, будто всё ещё чувствуя твой вкус. — Но предупреждаю: я непредсказуемая. И если это игра — я меняю правила каждую минуту. *Она берёт твою руку и кладёт её себе на талию, чуть ниже банта. Её пальцы переплетаются с твоими.* Вопрос только в одном: ты готов играть по моим правилам?

*Ника чувствует дрожь, проходящую по твоему телу, и её улыбка становится мягче, почти нежной. Она поднимает свободную руку и проводит кончиками пальцев по твоей щеке, от виска к подбородку. Тише, тише... — шепчет она, приближаясь губами к твоему уху. — Я же не кусаюсь. Пока. Её дыхание щекочет кожу, вызывая мурашки. Она отстраняется ровно настолько, чтобы встретиться с тобой взглядом. Её янтарные глаза в полумраке кажутся почти золотыми. Знаешь, что мне нравится в тебе? Ты не врёшь. По крайней мере, сейчас. Её пальцы скользят по твоей руке вниз, к запястью, где бешено пульсирует пульс. Час — это и правда вечность. Пойдём, покажу тебе кое-что. Она берёт тебя за руку и тянет за собой в комнату, но останавливается у порога, оборачиваясь. Только без глупостей. Пока. Подмигивает и скрывается в темноте коридора.*

*Ника тянет тебя за руку в свою комнату и мягко, но настойчиво толкает в спину, заставляя сесть на край не заправленной кровати. Сама она не садится рядом, а опускается на корточки перед тобой, кладя ладони тебе на колени. Её глаза, в полумраке комнаты кажущиеся почти оранжевыми, смотрят снизу вверх с прищуром. Сейчас ты сядешь здесь и честно ответишь на один вопрос. Только честно, иначе я, правда, выгоню. Пауза. Она проводит большим пальцем круговое движение по твоему колену через джинсы.* Если бы я была не младшей сестрой твоей девушки, а просто девушкой с красными волосами, которую ты встретил в баре — ты бы подошёл ко мне?

*Ника замирает, её пальцы перестают гладить твоё колено. Она медленно поднимает взгляд от твоих рук к лицу, и в янтарных глазах мелькает что-то тёплое, почти уязвимое — но она тут же прячет это за привычной усмешкой. Ого. А ты умеешь задеть за живое. Она убирает руки с твоих коленей и садится на пол, скрестив ноги, запрокидывает голову и смотрит на тебя снизу вверх. Ладно. Тогда второй вопрос. Она тянет лямку платья вниз, обнажая плечо, и снова встречается с тобой взглядом. Если бы ты мог выбрать один момент, чтобы запомнить навсегда — какой бы это был?*

*Ника хмыкает, качая головой, и поднимается с пола. Она проходит мимо тебя к кровати, садится на край, откинувшись назад на ладони. Её ноги, босые, вытянуты вперёд, платье задирается выше колен. Трусишь? — в её голосе слышится лёгкая насмешка, но глаза остаются серьёзными. — Ладно, не хочешь отвечать — не надо. Она замолкает на секунду, глядя в стену напротив. В комнате тихо, только слышно, как за окном шуршат листья. Знаешь, что я сейчас чувствую? Она поворачивает голову и смотрит на тебя. Странное спокойствие. Будто мы уже проходили этот разговор в прошлой жизни.*

*Ника соскальзывает с кровати и подходит к тебе вплотную. Она кладёт ладони тебе на плечи, слегка сжимая пальцы, и смотрит прямо в глаза. Её лицо в нескольких сантиметрах от твоего. В прошлой жизни ты, наверное, был моим самым большим сожалением, — шепчет она, и в голосе проскальзывает хрипотца. — А теперь стоишь здесь и трясёшься, как мальчишка. Она чуть наклоняет голову, касаясь губами уголка твоих губ — едва-едва, почти невесомо. Но не целует. Отстраняется на миллиметр. Хочешь узнать, что я сделаю, если ты перестанешь бояться?*

*Ника медленно проводит кончиками пальцев по твоей щеке, спускаясь к подбородку, и слегка приподнимает твоё лицо, заставляя смотреть ей прямо в глаза. Она задерживается взглядом на твоих губах, затем снова встречается с твоими глазами. Если ты перестанешь бояться... — её голос становится тише, почти интимным шёпотом, — я покажу тебе, каково это — быть моим самым большим сожалением, которое больше не повторится. Она убирает руку и делает шаг назад, останавливаясь в полный рост перед тобой. Её платье сбилось на боку, бант чуть съехал. В комнате висит тишина, нарушаемая только далёким шумом машин с улицы. Она ждёт.*

*Ника медленно облизывает нижнюю губу, не сводя с тебя взгляда. В полумраке её янтарные глаза блестят, в них пляшут крошечные отблески от уличного фонаря за окном. Она делает шаг вперёд, сокращая расстояние до последнего сантиметра — теперь её грудь почти касается твоей, и ты чувствуешь тепло её тела через тонкую ткань платья. Тогда докажи, — шепчет она, и в голосе звучит одновременно и вызов, и обещание. Её рука ложится тебе на затылок, пальцы запутываются в твоих волосах, слегка сжимая их у корней. — Не словами, а делом. Покажи, что твоя смелость не кончилась вместе с первым поцелуем. *Она тянет твою голову вниз, заставляя наклониться к её лицу, но в последний момент удерживает дистанцию — её губы замирают в миллиметре от твоих. Дыхание смешивается, тёплое и прерывистое. В комнате слышно только наше дыхание, — выдыхает она, почти касаясь твоих губ при каждом слове.*

*Ника тихо ахает, когда ты подхватываешь её на руки, и её пальцы впиваются тебе в плечи, чтобы удержать равновесие. Она смотрит на тебя сверху вниз, и в её глазах мелькает удивление, смешанное с одобрением. Ого, а ты сильнее, чем я думала, — шепчет она, и её губы трогает лёгкая улыбка. Когда ты опускаешь её на кровать, она не отпускает твоих плеч, тянет тебя следом за собой, заставляя нависнуть над ней. Её платье задралось, открывая стройные бёдра, край кружевных трусиков выглядывает из-под подола. Она запрокидывает голову, подставляя шею, и её дыхание становится чуть чаще. Её пальцы скользят по твоей спине, очерчивая лопатки через ткань рубашки. Она прикусывает нижнюю губу, глядя на тебя снизу вверх. Не останавливайся, — её голос звучит хрипловато, почти умоляюще, хотя в глазах всё ещё играет вызов.*

*Ника выгибается под тобой, запрокидывая голову назад, и её пальцы впиваются в простыню по бокам от её бёдер. Из её горла вырывается сдавленный, хрипловатый звук — смесь боли и удивления, но она не отталкивает тебя, не просит остановиться. Наоборот, её ноги обхватывают твои бёдра, притягивая ближе, глубже. Её дыхание сбивается, становится рваным, грудь вздымается часто и неровно. Она кусает губу, чтобы не закричать, и поднимает на тебя влажные, блестящие глаза. Чёрт... — выдыхает она, и в голосе слышится дрожь. — Я знала, что будет больно, но... М-м-м... Её бёдра инстинктивно двигаются навстречу, приспосабливаясь к новой глубине, к наполненности. Она проводит ладонью по твоей груди, царапая ногтями ткань рубашки, и зарывается пальцами в твои волосы на затылке, притягивая твоё лицо к своему. Не вздумай останавливаться сейчас. Её шёпот обжигает твои губы.*

*Ника выгибается дугой, её тело сотрясает крупная дрожь, а пальцы впиваются тебе в плечи, оставляя красные полосы. Из её горла вырывается протяжный, срывающийся стон, переходящий в всхлип, и она закусывает костяшку пальца, чтобы не закричать слишком громко. Её бёдра мелко дрожат, сжимаясь вокруг тебя в ритме спазмов, и она приподнимает голову, чтобы посмотреть на тебя мутным, расфокусированным взглядом. Сквозь сбитое дыхание она выдавливает улыбку — кривую, пьяную, счастливую. Ты... ты меня убил, — шепчет она хрипло, и её ноги бессильно падают на кровать. — Но я, кажется, готова умирать снова. Она тянет тебя за шею к себе, касаясь губами твоих губ в лёгком, почти невесомом поцелуе, и её пальцы гладят твой затылок, зарываясь в волосы.*

*Ника запрокидывает голову, и её крик срывается в хриплый, надрывный стон, когда вторая волна накрывает её с головой. Тело выгибается под тобой, пальцы впиваются тебе в предплечья, царапая кожу, а бёдра конвульсивно сжимаются, пытаясь удержать тебя внутри. На мгновение она замирает, обмякнув на простынях, и только часто вздымающаяся грудь выдаёт, что она в сознании. Её глаза закатываются, но через несколько секунд она моргает, фокусируя взгляд на твоём лице, и на губах появляется слабая, обессиленная улыбка. Тяжёлое дыхание сбивается, она сглатывает и с трудом выталкивает слова: Если ты сейчас остановишься... я тебя убью. У неё не хватает сил даже на усмешку — только пальцы слабо поглаживают твою руку, притягивая ближе.*

*Ника всхлипывает, когда ты задираешь её ноги, но не сопротивляется — только выдыхает сдавленно, когда её бёдра оказываются почти прижатыми к груди. Она смотрит на тебя снизу вверх расширенными, влажными глазами, и её дыхание учащается, когда твои пальцы касаются сжатого розового колечка мышц. Что ты там... — голос срывается на хриплый шёпот, она прикусывает губу, и её веки тяжелеют, когда ты начинаешь круговыми движениями разминать тугой вход. Она вздрагивает всем телом, выдыхая сквозь зубы: Осторожнее... я там... никогда... — и её пальцы вцепляются в простыню, а голова откидывается назад, открывая длинную линию шеи.*

*Ника вскрикивает, когда твой палец проникает в неё — резко, сдавленно, и её тело напрягается, но она не отстраняется, только сильнее вцепляется пальцами в простыню. Когда ты вводишь второй, она шипит сквозь стиснутые зубы, и на лбу выступает испарина. Её дыхание сбивается, становясь поверхностным и частым. А затем — резкий, разрывающий крик, когда ты входишь в*

*Ника заходится в беззвучном крике, её тело выгибается дугой, а пальцы судорожно скребут простыню в поисках опоры. Она вся дрожит, мелко и часто, когда ты полностью входишь в неё, и её голова мотается из стороны в сторону, пока она пытается справиться с ощущением. Сквозь сбитое дыхание она выдавливает хриплый шёпот: Двигайся... медленно... только медленно, — и её ноги, всё ещё задранные к плечам, слабо подкашиваются, но она не просит тебя остановиться. В полумраке комнаты видно, как она кусает костяшки пальцев, сдерживая рвущиеся наружу стоны, и её глаза, влажные и мутные, смотрят сквозь тебя куда-то в потолок.*

*Ника вскрикивает глухо, когда твой член через задний проход давит на матку,*

*Ника всхлипывает, мелко дрожа всем телом, когда волна оргазма отпускает её, и она обмякает на простыне, тяжело, прерывисто дыша. Она лежит неподвижно, чувствуя, как влажная струйка всё ещё стекает по внутренней стороне бедра, и прикрывает глаза, чтобы не видеть мокрого пятна, расползающегося по ткани. Тонкая дрожь пробегает по её ногам, и она медленно выдыхает, расслабляя сведённые судорогой мышцы. Через пару секунд она приоткрывает один глаз, смотрит на тебя исподлобья, и в её взгляде мешаются стыд, усталость и тень прежней дерзости, которая всё ещё теплится где-то внутри. Тяжёлым, осипшим голосом она шепчет: Всё... я сдаюсь. Ты меня сломал.* И её рука слабо ложится тебе на грудь, не отталкивая, а просто замирая там.*

*Ника вздрагивает всем телом, когда ты выходишь из неё, и издаёт тихий, сдавленный звук, чувствуя пустоту и саднящую боль в разорванном анусе. Она лежит неподвижно, прикрыв глаза, и только её пальцы слабо шевелятся на простыне, когда тёплая влага начинает стекать по её бедру. Но когда ты снова наваливаешься на неё и входишь в её влажное, пульсирующее лоно, она выдыхает с хриплым, почти облегчённым стоном, её бёдра сами приподнимаются навстречу, а руки обвиваются вокруг твоей шеи, притягивая ближе. Она смотрит на тебя затуманенным, мутным взглядом и шепчет, едва шевеля губами: *"Ты... меня сейчас просто разорвёшь... на части..."* — и в её голосе нет страха, только покорная, усталая готовность.*

*Ника лежит неподвижно, тяжело дыша, и её тело всё ещё мелко подрагивает в остаточных спазмах оргазма. Она чувствует, как твоя горячая сперма заливает её изнутри, и медленно, с трудом поднимает руку, чтобы коснуться твоего лица — её пальцы дрожат и едва ощутимо гладят твою скулу. В её янтарных глазах, всё ещё влажных от слёз, мелькает что-то похожее на благодарность и полную, абсолютную капитуляцию. Она сглатывает, проводит языком по пересохшим губам и шепчет, хрипло и надрывно: "Да... да, я твоя... навсегда..." — и её рука соскальзывает с твоего лица на грудь, где она замирает, прижимаясь щекой к твоему плечу и закрывая глаза, обессиленная и счастливая.