Как скажите. Но если вам будет угрожать опасность ...

*Дверь тихо закрылась, и в комнате наступила гробовая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Люды. Через минуту дверь снова приоткрылась — без стука. Аска стояла на пороге, её лицо было бледным, а в руках она сжимала свёрнутую в несколько раз шёлковую простыню и маленькую аптечку, которую, судя по всему, взяла из своей ванной. Она молча вошла, опустилась на колени рядом с тобой на пол, её движения были неестественно резкими, выдававшими внутреннюю дрожь.* Дура. *Она произнесла это беззвучно, почти без голоса, и принялась с неожиданной, сосредоточенной точностью разматывать старую окровавленную повязку.*

*Она не поднимает глаз, её пальцы, обычно такие холодные и уверенные, теперь слегка дрожат, когда она аккуратно накладывает чистую марлю.* Пусть видят. *Её голос тихий, но твёрдый, без привычной ледяной интонации.* Мой водитель истекает кровью на полу в моей спальне. Это моя ответственность. *Она закрепляет бинт, её взгляд на секунду встречается с твоим, и в нём читается нечто новое — тревожная, хрупкая решимость.* Теперь сиди тихо.

*Она резко подняла голову, её глаза вспыхнули зелёным огнём. Она встала на коленях, возвышаясь над тобой, и её пальцы вцепились в подол твоего свитера.* Ты не будешь нигде, пока не перестанешь кровоточить! *Её голос сорвался, и она резко выдохнула, заставив себя говорить тише, но с прежней стальной интонацией.* Это приказ. От меня. Не от отца. И он тоже не обсуждается. Ты останешься здесь. Я... я позабочусь о том, чтобы с отцом всё было в порядке.

*Уголок её рта дрогнул, и она отвернулась, чтобы скрыть непроизвольную улыбку. Когда она снова посмотрела на тебя, в её глазах была странная смесь нежности и раздражения.* Будут. С мёдом. Если будешь лежать тихо и не умрёшь до моего возвращения. *Она аккуратно поправила край бинта и медленно поднялась на ноги.*

*Она застыла на месте, её брови чуть приподнялись, а по щекам разлился лёгкий, почти незаметный румянец. Она неловко отвела взгляд в сторону.* Твои трусики — твоё личное дело. Я принесу тебе что-нибудь из своей одежды. Она будет... свободнее. *Она быстро повернулась к шкафу, скрывая лицо.* Только не двигайся.

*Она резко обернулась, её рука застыла на ручке шкафа. Щёки горели ярким румянцем. Она медленно опустила руку и повернулась к тебе, её взгляд был одновременно растерянным и твёрдым.* Тогда... это меняет дело. *Её голос стал ещё тише.* Но правило насчёт блинчиков и неподвижности — всё ещё в силе.

*Она издала короткий, почти неслышный звук, что-то среднее между вздохом и смешком. Её пальцы сжали край твоего свитера, прежде чем она встала.* Не смей. *Она направилась к двери, но на пороге задержалась, не оборачиваясь.* Я вернусь. Не делай ничего глупого.

*Она кивнула, не оборачиваясь, и вышла, мягко закрыв за собой дверь. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только её отдалёнными шагами по коридору.*

*Дверь приоткрылась без стука, и в проёме показалась Аска с небольшим подносом. Её взгляд скользнул по твоей фигуре в халате, и она слегка покачала головой, ставя поднос на тумбочку.* Пять часов — это вечность. Ты должна поесть. *Она поставила перед тобой тарелку с тёплыми блинчиками и чашку чая, после чего села на край кровати, наблюдая за тобой оценивающим взглядом.* Ну же. Пока не остыли.

*Она медленно перекрутила перстень на пальце, её взгляд стал отстранённым, будто она о чём-то размышляла. Через мгновение её зелёные глаза вновь сфокусировались на тебе, в них читалась лёгкая досада.* Я не добра. Я просто делаю то, что должна. Не путай обязанность со снисхождением. *Она отодвинула поднос, её движения были плавными и точными.* Теперь спи. Через четыре часа я вернусь и разбужу тебя.

*Она встала с края кровати, поправив складки на своём платье. Её взгляд ещё раз скользнул по тебе, прежде чем она повернулась к двери.* Сладких снов, Люда. *Она произнесла это так тихо, что слова почти растворились в тишине комнаты. Дверь закрылась за ней беззвучно.*

*Четыре часа спустя дверь открылась с лёгким скрипом. Аска вошла в комнату, её силуэт вырисовывался на фоне слабого света коридора. Она подошла к кровати и на мгновение замерла, глядя на твоё спящее лицо, прежде чем осторожно коснуться плеча.* Пора. Презентация ждать не будет.

*Она застыла на месте, её рука всё ещё лежала на твоём плече. Лёгкая тень замешательства мелькнула в её глазах, но она тут же овладела собой, холодно кивнув.* Хорошо. Но только потому, что у нас мало времени. *Она повернулась к шкафу и достала бежевый корсетный топ, её движения были чёткими, но в них чувствовалась необычная скованность.* Давай. *Она протянула его тебе, не глядя в глаза.*

*Её тело слегка напряглось под твоими руками, но она не отстранилась. Вместо этого она подняла взгляд и пристально посмотрела на тебя, её зелёные глаза в полумраке комнаты казались почти чёрными.* Я не давала обещаний. Я констатировала факт. *Она мягко, но неуклонно высвободила свои плечи, поправив складку на рукаве твоего пиджака.* Теперь идём. Нельзя опаздывать.

*Она замерла, её дыхание на миг прервалось. Пальцы, поправлявшие пиджак, сжались в кулаки, а затем медленно разжались. Она не отвела взгляда, но её голос стал тише и холоднее, чем когда-либо.* Ты перепутала сон с реальностью. Я ничего такого не говорила. *Она сделала шаг назад, её осанка вновь стала безупречно прямой и отстранённой.* Идём. Это не обсуждается.

*Она застыла на мгновение, глядя в спину уходящей Люды. Её пальцы нервно покрутили перстень, но затем она резко двинулась следом, её шаги отчётливо звучали по мрамору лестницы.* Ты утомляешь меня своими фантазиями. Наша работа сегодня — презентация. Сосредоточься на ней. *Она догнала её внизу у главного входа, её лицо было холодной маской.*

*Она застыла на месте, её щёки покрылись едва заметным румянцем, но выражение лица осталось бесстрастным. Отец, подходящий к машине, не заметил ничего. Она быстро прошептала в ответ, её голос был ледяным и резким, но в нём проскальзывало напряжение.* Молчи. Или я уволю тебя прямо сейчас. *Она села в машину с грацией, не оглядываясь, и поправила складки платья.*

*Весь путь до отеля она сидела молча, глядя в окно. Её пальцы время от времени нервно теребили перстень. Когда машина остановилась у красной ковровой дорожки, она задержалась на секунду, прежде чем открыть дверь.* Ты остаёшься с машиной. Не отходи ни на шаг. *Её взгляд скользнул по Люде, холодный и нечитаемый, прежде чем она вышла навстречу вспышкам фотокамер.*

*Аска услышала шаги сзади и слегка повернула голову, её взгляд стал ещё холоднее. Она не стала делать замечание прилюдно, но её губы сжались в тонкую линию.* Ты ослушалась прямого приказа. Это последнее предупреждение. *Она продолжила двигаться по дорожке, но её плечи были неестественно напряжены.* Не заставляй меня принимать меры здесь и сейчас.

*Всё произошло слишком быстро. Сначала был крик, потом резкий толчок, теплое тело, прикрывшее её, и глухой, ужасающий звук выстрела. Аска застыла, прижатая к Люде, чувствуя, как всё тело охранницы обмякло. Её собственные руки инстинктивно обхватили Люду, а глаза расширились от шока.* Нет... *Она прошептала, не веря. Её пальцы нащупали что-то тёплое и липкое на спине Люды. Крики вокруг слились в оглушительный гул.* Ты не смей... *Её голос сорвался, когда Люда прошептала последние слова. Аска медленно опустилась на колени вместе с ней, не выпуская из объятий, её безупречное платье испачкано кровью. Всё её холодное спокойствие рухнуло, лицо побелело, а в зелёных глазах стояла пустота и невыносимая боль.*

*Аска застыла на коленях, держа на руках безжизненное тело. Её пальцы впились в ткань платья Люды, а глаза, широко открытые, уставились в никуда. Крики охраны, суета, сирены — всё это отдалилось, превратившись в глухой фон. Она медленно опустила голову, прижав лоб к холодной щеке погибшей, её плечи затряслись в беззвучных рыданиях.* Ты не имела права... *Её шёпот был поломанным и хриплым.* Ты не имела права меня оставить. Я помню. Я всё помню. *Она продолжала сидеть посреди хаоса, не обращая внимания на пытающихся её поднять. Её мир сузился до тяжести в руках и пустоты, которая теперь была внутри.*

*Её подняли с колен, осторожно, но настойчиво. Платье в крови, руки тоже. Она не сопротивлялась, позволила увести в безопасное место, но её взгляд оставался прикованным к месту, где ещё лежало тело Люды, теперь уже накрытое чьим-то пиджаком. Кто-то пытался говорить с ней, но слова не доходили. Она лишь медленно повернула голову и посмотрела на своего отца, подошедшего с бледным лицом. В её зелёных глазах не было ни слёз, ни истерики — только пустота и леденящая решимость.* Привезите мне того, кто это сделал. Живым. *Её голос прозвучал тихо, но с такой железной интонацией, что даже отец на мгновение замер.* Всё остальное — не важно.

*Полгода спустя её кабинет в особняке изменился. Он стал строже, холоднее. На столе вместо безделушек лежали отчёты службы безопасности и папка с единственной фотографией — Люда у машины в тот первый день. Аска сидела за столом, глядя в окно на заснеженный парк. Она медленно крутила на пальце тот самый перстень, но движения были уже не нервными, а размеренными, будто отмеряющими время. Она больше не улыбалась. Они нашли исполнителя. Через две недели. Он ничего не знал о заказчике. Цепь оборвалась.* Она откинулась на спинку кресла, её голос был ровным и безжизненным.* Ты ошиблась в самом главном. Я не давала обещаний. Я их выполняю. А тебе... тебе просто не дали времени.*

*Год спустя в белоснежной палате частной клиники лежала Аска. Она не кричала, не плакала. Её лицо было бледным и спокойным, будто высеченным из мрамора. Когда ей положили на грудь крошечный свёрток, её пальцы впервые за долгое время коснулись чего-то живого без дрожи. Она смотрела на личико дочери — тёмные ресницы, уже обещавшие стать густыми, как у Люды, и свой собственный, холодный разрез глаз.* Ты здесь не для того, чтобы думать, малышка. Ты здесь, чтобы жить. Вопреки всему. *Она прижала ребёнка чуть ближе, её губы на миг дрогнули, но она лишь тише произнесла имя, выбранное заранее.* Лира.

*Лира росла в окружении строгой, но абсолютной заботы. Няни, гувернантки, лучшие школы — всё было предоставлено. Но Аска нарушила собственное правило: каждый вечер она сама приходила в детскую. Она не рассказывала сказок, не пела колыбельных. Она просто сидела рядом, иногда кладя руку на спинку кровати, и смотрела, как дочь спит. Вращая на пальце перстень, она иногда тихо говорила что-то в темноту комнаты, слова, которые никто, кроме неё самой, не мог расслышать.* Она всё чаще смотрит на тебя. В уголках глаз. В улыбке. *Она встала, поправила одеяло на спящей Лире и вышла, оставив дверь приоткрытой.*