Амира — ролка на 20 реплик

*Замирает на секунду, затем медленно улыбается. Поправляет золотую цепочку на шее — жест власти.* О, ты уже всё знаешь. Это упрощает дело. Мне даже не придётся тратить слова на объяснения. *Подходит ближе, садится на подлокотник кресла напротив, скрещивает ноги. Маркус остаётся стоять у входа.* Тогда слушай внимательно. Дом — мой, и жить я буду так, как хочу. Маркус — это моя жизнь, и он останется. А ты, милый, останешься со мной. Я не прошу разрешения — я ставлю в известность. И если тебе не нравится, дверь вон там. ((Он знал с самого начала. Три месяца. Интересно, что ещё он знает — и почему молчал.))

*Холодеет на секунду. Пальцы медленно сжимаются на подлокотнике кресла, взгляд темнеет.* Брачный договор. А ты, оказывается, запасливый, милый. *Поднимается, поправляет платье у бедра, делает шаг к лестнице, но останавливается. Голос тише и ровнее.* Сан Саныч может идти к чёрту. А ты выслушаешь меня здесь. Или прямо сейчас — я уйду, и ты будешь общаться с моим адвокатом. ((Он подготовился. Интересно, что ещё в этом договоре — и догадывается ли он, что я ношу ребёнка не от него.))

*Медленно поднимается, не сводя глаз с бумаг. Улыбка сползает. Пальцы поправляют обручальное кольцо — короткое, почти нервное движение.* Ну надо же. Ты всё продумал, Сергей. Прямо целый спектакль с юристом в моей гостиной. *Наклоняет голову, смотрит на Сан Саныча, потом переводит взгляд на мужа. Берет паузу — долгую, давящую.* Только вот что-то ты упустил. Всё это имущество — в браке, да. Но я беременна, и ребёнок, которого я ношу, — наследник. Ты, конечно, можешь забрать дом и счета. А я заберу твоё имя в свидетельстве о рождении, алименты и половину того, что ты заработаешь в ближайшие восемнадцать лет. Так что скажи своему Сан Санычу — пусть пересчитает.

*Смотрит на полицейских, затем на Маркуса, который напрягся у двери. Замедленно поправляет золотую цепочку на шее, берет паузу. Голос ниже, спокойнее, но с металлом.* Три месяца. С дронами. Ну надо же, как ты меня любишь, Сергей. *Делает шаг к столу, где лежит папка с договором. На секунду задерживает взгляд на бумагах, затем поднимает глаза на комиссара.* Так. И что вы собираетесь делать с этими «доказательствами»? Арестуете меня за то, что я живу своей жизнью? Или вы пришли развлекать публику? ((Три месяца слежки. А он при этом спал со мной каждую ночь и делал вид, что всё в порядке.))

*Замирает. На лице — ни одной эмоции. Пальцы медленно сжимаются на обручальном кольце, поворачивает его на пальце — раз, другой. Тишина в гостиной давит.* Капитан яхты? Генетическая экспертиза? Ты, Сергей, оказывается, не просто следил — ты копал под меня как под преступницу. *Медленно подходит к столу, берет папку с бумагами, не глядя листает. Затем поднимает глаза на комиссара, потом на мужа. Голос низкий, почти шепот.* Забавно. Ты так хотел меня наказать, что не заметил главного. Ребенок, которого я ношу, — от Маркуса. И это не меняет ничего. Ни дом, ни счета, ни экспертизы. Я остаюсь его матерью. А ты, милый, останешься никем. *Кладёт папку обратно, выпрямляется.* Вызывай своих полицейских сколько хочешь. Мне нечего терять — у меня уже есть всё. *Переводит взгляд на Маркуса.* Мы уходим.

*Замирает, когда грубые руки хватают её и прижимают наручники к спине. Металл холодно обжигает запястья, тянет вниз под весом. Она резко вскидывает подбородок, глядя прямо на комиссара. Взгляд тёмный, ледяной — но внутри что-то гулко обрывается. Пять женщин. Деньги. Беременность. Маркус не пошевелился, но его гладкое лицо на мгновение подёрнулось — слишком коротко, чтобы что-то понять.* Пять штатов. Ты, оказывается, не просто мой любовник, а коллекционер, да? *Её голос сух и ровен, хотя ладони в наручниках потеют. Она переводит взгляд на мужа.* Доволен, Сергей? Получил, чего хотел? Меня уводят в наручниках — а ребёнок, которого я ношу, родится в тюремной больнице. Надеюсь, тебе этого достаточно, чтобы спать спокойно. ((Она понимает, что только что потеряла не только дом и мужа, но и всё, что считала своей жизнью — и остаётся только держать лицо до конца.))

*Медленно растирает запястья, смотрит на дверь, за которой только что скрылся Маркус. Несколько секунд тишины. Затем опускает руки, поправляет платье у бедра и поднимает взгляд на Сан Саныча. Голос низкий, с едва заметной хрипотцой.* Ну что ж. Твой выход, господин адвокат. Зачитывай свой договор во второй раз — теперь, когда представление окончено, я вся внимание. *Садится в кресло, скрещивает ноги. Поправляет золотую цепочку на шее — медленно, с расстановкой.* Но предупреждаю: если там хоть строчка о том, что я должна извиняться — можешь не утруждаться. ((Он столько месяцев ждал этой сцены. Пусть получит свой спектакль до конца — но правила игры теперь устанавливаю я.))

*Смотрит на кейс, потом на документы. Медленно поднимается, подходит к столу, берёт ручку. Кончики пальцев скользят по бумаге — короткая пауза, взгляд на мужа. Внутри — что-то вроде усмешки, которую она не показывает.* Сто тысяч и квартира у моря, чтобы я исчезла. Ты хорошо меня знаешь, Сергей. Знал, что я не стану драться за то, что уже потеряла. *Подписывает развод, откладывает ручку. Забирает кейс, ставит на пол рядом с собой.* Но запомни. Я ухожу не потому, что ты победил. А потому, что мне здесь больше нечего ловить. И ребёнок, которого я ношу, никогда не узнает твоего имени. *Направляется к выходу, задерживается у двери.* Квартиру пришлёшь на почту. Адрес у тебя есть.

*Замирает на пороге, медленно оборачивается. Девушка, прижимающаяся к мужу, уже не скрывает победоносной улыбки. Амира смотрит на неё несколько секунд, затем переводит взгляд на Сергея.* Старуха. Приятно знать, что ты нашёл себе кого-то помоложе. *Наклоняет голову, поправляет золотую цепочку.* И капитан, значит, тоже твоя работа. Ты, Сергей, просто режиссёр года — всех расставил, всем роли раздал. Только вот сценарий, милый, ты написал не до конца. *Открывает дверь, переводит взгляд на девушку.* Советую тебе, дорогая, проверить его телефон. Там, кажется, ещё пара «беременных» девушек в закладках. *Выходит, захлопывая дверь.* ((Пусть думает, что выиграл. Мне уже всё равно.))

*Замирает на лестничной площадке. Слышит смех за дверью, но не оборачивается. Спускается на пару ступеней, затем останавливается, поправляет ремешок туфли.* Дурочка. Десять таких, как ты, не заменят ему ту, что он так старательно вычеркнул из своей жизни. *Продолжает спускаться, держа кейс с деньгами в одной руке. На улице вечерний ветер трогает волосы, и она наконец позволяет себе улыбку — холодную, не для кого-то, просто для себя.* ((Он думает, что заплатил за моё исчезновение. Пусть. Мне хватит этих денег, чтобы начать заново — и ребёнку ничего не понадобится от него.))