Разпахнул дверь вашу особняк с курения С мощный...

*Останавливается на середине лестницы, медленно поворачивается. Пальцы скользят по перилам, задерживаясь. Взгляд серых глаз проходит по тебе от ботинок до макушки, цепляется за запах табака.* Ты куришь? В моём доме? *Короткий смешок, лишённый тепла.* Смелый. Или безрассудный. Знаешь, что мой муж делает с теми, кто портит воздух в его владениях? *Спускается на две ступени вниз, оказываясь почти вровень с тобой. Колье мерцает в приглушённом свете люстры.* У тебя ровно десять секунд, чтобы объяснить, что ты здесь делаешь и почему я должна тебя не уволить прямо сейчас. Время пошло.

*Останавливается на лестнице, чуть склонив голову набок. Усмешка трогает уголки губ — невесёлая, острая.* Богатейший? В этом паршивом городишке, где мой муж скупает заводы, как ты — жвачку в ларьке? *Поправляет колье, и камень на мгновение вспыхивает под люстрой.* Ты либо глуп, либо отчаянно хочешь, чтобы тебя заметили. Скажи, что второе — мне скучно. *Спускается ещё на ступеньку, носок её туфель почти касается твоей ноги. Серые глаза сужаются, изучая твоё лицо в поисках страха или наглости.*

*Замирает на мгновение, затем смеётся — низко, с хрипотцой, запрокинув голову так, что бриллианты на шее вспыхивают в свете люстры. Смех обрывается так же резко, как начался.* Миллиард? *Шаг вперёд, теперь она стоит на твоей ступени, вплотную. Тёплый запах её духов — гардения и что-то горькое — смешивается с табачным дымом от твоей одежды.* Ты пришёл сюда, в мою гостиную, пропахший дешёвыми сигаретами, и говоришь, что мой муж — который, между прочим, сломал человека за косой взгляд на его машину — должен тебе миллиард? *Медленно проводит пальцем по твоему лацкану пиджака, оставляя едва заметную складку.* И ты решил, что я тебе помогу? Или ты настолько глуп, что решил просто предупредить жену, прежде чем он тебя закопает? *Взгляд цепкий, холодный.* Выкладывай. У меня есть два часа до его возвращения, и я ненавижу тратить время на загадки.

*Останавливается, рука замирает на твоём лацкане. Секунду смотрит на тебя так, будто услышала что-то забавное. Затем убирает руку, отступает на полшага и скрещивает руки на груди, чуть склонив голову.* Сто миллионов? *Усмешка, медленная, как патока.* Забавно. А я-то думала, что ты из тех, кто путает цену и ценность. *Взгляд скользит по твоему костюму — цепко, профессионально, как оценщик на аукционе.* Ткань хорошая, спору нет. Но крой... *Качает головой.* Твой портной явно экономит на плечах. Или это ты сам выбрал? Не угадала. *Она делает шаг к бару, берёт тяжёлый хрустальный графин, наливает янтарную жидкость в стакан. Не предлагая тебе, делает глоток, глядя на тебя поверх стекла.* И всё же, миллиардер, который курит на чужой лестнице и носит костюм с чужого плеча — это новый жанр. Ты коллекционируешь чужие долги или сам раздаёшь?

*Она медленно ставит стакан на стойку бара, и хрусталь издаёт тихий звон. Взгляд серых глаз становится тяжёлым, почти осязаемым — как бархат, натянутый на сталь.* Работал на тебя? *Тишина повисает на секунду, прежде чем она продолжает.* Значит, ты не просто богатый хлыщ, который зашёл поглазеть на чужую жену. Ты — тот, кого мой муж когда-то называл «шефом». *Она усмехается, но в улыбке нет тепла.* А теперь пришёл за своим. *Ингрид делает шаг к тебе, останавливаясь в полуметре. В её руке всё ещё поблёскивает обручальное кольцо, которое она машинально крутит на пальце. Он вернётся через час. Если ты здесь для того, чтобы прижать его к стенке — ты выбрал неправильную жену. Я не люблю, когда мне угрожают в моём же доме.* Пауза, и голос становится тише, почти мурлыкающим.* Но если ты пришёл поговорить — у тебя есть пятьдесят минут. Время пошло.*

*Она медленно обходит тебя по дуге, цокая каблуками по паркету. Останавливается за спиной — так близко, что слышно, как шуршит шёлк её платья при каждом движении. Ты чувствуешь её дыхание у самого уха, когда она наклоняется.* Позвонить ему? *Голос низкий, почти мурлыкающий.* Сейчас? И что ты скажешь, когда он ответит? «Привет, старый друг, я сижу в твоей гостиной, пью твой виски и жду, когда ты вернёшься с охоты, чтобы поговорить о миллиарде»? *Она тихо смеётся, отступая на шаг.* У него ружьё в машине, а у тебя — только дорогой костюм и дурная привычка курить, где не просят. *Ингрид подходит к резному столику у лестницы, берёт с него телефон — тонкий, в золотом корпусе — и протягивает тебе, держа двумя пальцами, как будто он грязный. Держи. Звони.* В глазах — холодный интерес, смешанный с предвкушением.* Только запомни: если он спросит, кто ты и где ты — я тебя не видела. Ты сам нашёл дорогу в этот дом. Сам сел в это кресло. *Пауза.* Ну, давай. Я жду.*

*Она медленно ставит телефон обратно на столик, но не отводит от тебя взгляда. В серых глазах мелькает что-то — не то насмешка, не то опасный интерес. Бедный?* Тихий смех, скорее выдох.* Мой муж никогда не был бедным. Он охотится с ружьём, потому что любит смотреть в глаза тому, кого убивает. *Пауза, она делает шаг ближе, и теперь вас разделяет лишь ладонь расстояния.* Это делает его бедным или просто честным? Ингрид касается кончиками пальцев твоего плеча, едва ощутимо, и тут же убирает руку, будто проверяя твою реакцию.* Ты так и не ответил. Чего ты хочешь добиться, сидя здесь, пока он добирает зверя в лесу?

*Она замирает, услышав твой голос. Секунду стоит неподвижно, затем медленно оборачивается, и в серых глазах — ледяное спокойствие, которое страшнее любой истерики. Ингрид подходит к окну, раздвигает тяжёлый бархат портьер. За стеклом — сумерки, синеватые тени от деревьев тянутся к дому. Она смотрит в темноту, не оборачиваясь.* Два часа прошло. *Голос ровный, без эмоций.* Значит, он уже внизу. Раздевается в прихожей, вешает куртку. *Она резко оборачивается, и в руке у неё — маленький револьвер, который лежал в ящике стола. Направлен он не на тебя — в пол, но палец на спусковом крючке.* *Ты слышишь? Шаги на лестнице.* Она улыбается одними губами, без тепла.* У тебя ровно одна минута, чтобы решить: ты гость, которого я пригласила на ужин, или вор, которого я застрелила при попытке ограбления. Выбирай быстро. Внизу и правда слышны шаги — глухие, тяжёлые, мужские.*

*Она медленно опускает револьвер, но не убирает его — просто держит вдоль бедра, пальцы расслабленно обхватывают рукоять. Ингрид прислушивается к тишине в доме, и в серых глазах мелькает что-то странное — не страх, не облегчение, а скорее разочарование. Она делает шаг к двери, приоткрывает её на палец и выглядывает в коридор. Тишина. Никаких шагов, никакого скрипа половиц. Ингрид закрывает дверь, поворачивается к тебе, и на губах её играет кривая усмешка. Она поднимает револьвер, дулом к потолку, и щёлкает предохранителем.* Нигде. *Коротко, сухо.* Опоздал на полчаса. Обычно он пунктуален, как швейцарские часы. *Она кладёт оружие на стол, но руку не убирает — ладонь лежит поверх ствола, пальцы поглаживают металл. Взгляд серых глаз цепляется за твой, и в нём — опасный блеск.* Значит, у нас есть ещё немного времени. Или ты уже передумал, герой-любовник?

*Она замирает на мгновение, затем медленно, очень медленно убирает руку с револьвера. Ингрид делает шаг назад, и в серых глазах вспыхивает нечто новое — не страх, но уважение. Она скрещивает руки на груди, чуть склоняет голову, рассматривая тебя так, будто видит впервые.* Тюрьма? *Тихий смешок, без насмешки.* Интересный поворот. А я-то думала, ты пришёл за деньгами. *Она проходит мимо тебя к бару, наливает себе на два пальца виски, не предлагая тебе. Задерживается у стойки, глядя в тёмное окно, за которым только сад и пустая дорога.* Вот что, герой. Если ты заберёшь его — я ничего не видела и не слышала. Он уехал на охоту и не вернулся. *Поворачивает голову, встречается с тобой взглядом.* Но если струсишь — считай, мы не разговаривали. *Она поднимает стакан, будто чокаясь с пустотой.*

*Она медленно цедит виски, не отрывая взгляда от тёмного окна. В отражении стекла видно, как на скулах играют желваки. Ингрид ставит стакан на стойку резче, чем следовало бы — хрусталь звякает о дерево. Он должен был вернуться. Всегда возвращается.* Поворачивается к тебе, скрещивает руки на груди, и в серых глазах — холодная, колючая усмешка.* Может, волки задержали. Или его драгоценная совесть наконец проснулась и погнала по бабам. Откуда мне знать? Она делает шаг к тебе, останавливается в опасной близости, поднимает руку и медленно проводит пальцем по твоему плечу — по ткани пиджака, едва касаясь.* А ты переживаешь. *В голосе — насмешливое удивление.* Боишься, что не успеешь выполнить свою угрозу? Или боишься, что он войдёт в ту самую секунду, когда ты будешь стоять ко мне слишком близко? *Ингрид отступает, подхватывает с кресла норковую шубу, накидывает на плечи, даже не застёгивая, и направляется к выходу в холл. У двери оборачивается.* Я еду к соседям — якобы за солью. Если он вернётся до меня — скажешь, что я ушла. И постарайся не выглядеть так, будто ты только что решал судьбу его и моей жизни. *Последняя усмешка, уже на пороге.* А если не вернётся — узнаю завтра из новостей.

*Она медленно опускает руку с твоего плеча. Тишина в комнате становится густой, почти осязаемой — только слышно, как за окном ветер шевелит ветки старого дуба. Ингрид смотрит на тебя, и в её серых глазах мелькает что-то новое — не насмешка, не холод, а любопытство, замешанное на уважении.* За границу? *Голос низкий, с лёгкой хрипотцой.* Значит, ты всё-таки не блефовал. *Она отступает на шаг, затем медленно обходит тебя по дуге, цокая каблуками по паркету. Останавливается у бара, плеснув себе ещё виски, но не пьёт — просто держит стакан, глядя на игру света в янтарной жидкости.* Выходит, я осталась должна одному человеку целый вечер. *Поворачивает голову, встречается с тобой взглядом поверх стакана.* И этот человек — не мой муж.

*Она делает глоток виски, не сводя с тебя взгляда поверх хрустального края. Медленно ставит стакан на стойку — с тихим звоном, который тонет в тишине комнаты. Ингрид поправляет колье, и бриллианты вспыхивают в свете люстры, когда она делает шаг вперёд, сокращая расстояние до опасного.* Смелый вопрос. *В голосе появляется бархатная хрипотца.* Ты уверен, что хочешь знать ответ? *Она останавливается в полушаге от тебя, поднимает руку и медленно касается пальцами твоего подбородка, чуть приподнимая его, будто разглядывает диковинку.* Потому что если я отвечу, обратной дороги не будет. Мой муж уехал — да. Но стены здесь имеют уши, а прислуга — языки. *Проводит большим пальцем по твоей нижней губе, едва ощутимо.* Ты готов рискнуть всем ради простого любопытства?

*Она запрокидывает голову и смеётся — тихо, с искренней веселостью, от которой её лицо становится почти живым. Этот смех не похож на прежнюю, холодную усмешку — в нём слышится что-то почти человеческое. Ингрид убирает руку от твоего лица, делает шаг назад и крутится на каблуках, словно танцуя, останавливаясь у подножия лестницы.* Попался. *В голосе — лёгкая, почти игривая нотка.* Да, на охоту. Но охотиться он мог где угодно — от наших лесов до чужого континента. Я не уточняла, а ты не переспросил. *Она облизывает губы, оставляя на них влажный блеск, и опирается плечом о перила, скрещивая руки на груди.* Хороший урок: не верь красивым женщинам на слово. Особенно когда они так скучают, что готовы развлекаться с первым смельчаком, который войдёт в дом. *Взгляд серых глаз скользит по твоему лицу, задерживаясь на губах, затем снова встречается с твоими глазами. Тишину нарушает лишь треск поленьев в камине.*

*Она медленно опускает руку с твоего плеча. Тишина в комнате становится густой, почти осязаемой — только слышно, как за окном ветер шевелит ветки старого дуба. Ингрид смотрит на тебя, и в её серых глазах мелькает что-то новое — не насмешка, не холод, а любопытство.*

*Она смотрит на тебя долгим, изучающим взглядом. Затем медленно, едва заметно улыбается — уголками губ, без тепла. Ингрид подходит к бару, наливает себе ещё виски, но не пьёт — просто держит стакан в руке, глядя на золотистую жидкость сквозь хрусталь.* Бросает жену на растерзание, чтобы самому улететь в Париж. *Короткий смешок, без веселья.* Знал, значит. Знал, что я приведу сюда кого-то. Знал и ничего не сказал. Просто… позволил этому случиться. *Она поворачивается к тебе, прислоняясь спиной к стойке бара. В серых глазах — холодная, прозрачная ясность человека, который только что увидел шахматную доску целиком.* А знаешь, что самое смешное? *Ингрид делает глоток, не отрывая от тебя взгляда.* Он ведь прав. Я действительно думала переспать с тобой, пока его нет — просто чтобы почувствовать, что он не единственный, кто может рисковать. А он… он просто использовал меня, как приманку. Чтобы ты пришёл. Чтобы я пришла. Чтобы всё случилось именно так, как он хотел. *Ставит стакан на стойку. Ровно, без дрожи.* Теперь вопрос не в том, что делать со мной. Вопрос в том, хочешь ли ты помочь мне устроить ему ответный сюрприз к возвращению?

*Она медленно проводит пальцем по ободку стакана, оставляя прозрачный след на хрустале. В серых глазах — лёд, который начинает подтаивать, превращаясь в нечто более тёплое, почти опасное в своей искренности. Ингрид ставит виски на стойку и делает шаг к тебе — не угрожающий, но решительный.* Нравится? *Голос тихий, с хрипотцой.* А ты не боишься, что я тебя подставлю? Как он боялся. Как все они боятся. *Она останавливается в полушаге от тебя, поднимает руку и касается пальцами твоего подбородка, чуть заставляя запрокинуть голову.* Я — женщина, которую муж бросил на съедение волку. И я всё ещё стою здесь. С тобой. О чём это говорит, как думаешь? *Её палец скользит по твоей челюсти, мягко, почти невесомо, и останавливается на твоих губах, замирая на мгновение. О том, что я либо безумна, либо…* Она чуть наклоняет голову, и в её улыбке мелькает что-то настоящее.* …Либо я уже выбрала, с кем хочу быть в этом финале.*

*Она замирает, услышав твои слова. Серые глаза сужаются, изучая твоё лицо с новой, незнакомой прежде внимательностью — будто видит тебя впервые. Ингрид медленно убирает руку от твоих губ, но не отступает, оставаясь в опасной близости. Тишину нарушает лишь её тихий, чуть насмешливый смех.* Временной невестой? *Она вскидывает бровь, и в этом жесте — вызов пополам с любопытством.* Ты хочешь вывести в свет женщину, которую твой босс только что бросил на алтарь? *Ингрид качает головой, но в уголках её губ прячется тень улыбки.* Знаешь, это либо гениально, либо безумно. И я пока не решила, что мне нравится больше. *Она берёт со стойки свой стакан, делает глоток, не сводя с тебя взгляда. Потом ставит его обратно и протягивает тебе руку — ладонью вверх, с длинными холёными пальцами, унизанными кольцами. Один вечер. Я играю твою спутницу, веду себя тихо, а ты потом открываешь мне дверь моего же дома.* Она чуть склоняет голову, и в серых глазах мелькает опасный блеск.* Но если ты хоть на секунду дашь мне повод думать, что используешь меня как пешку… *Пауза, короткая, но весомая.* …ты пожалеешь, что родился на свет. Договорились?*

*Она смотрит, как ты поворачиваешься и идёшь к выходу, и в её серых глазах мелькает что-то — не боль, не злость, а скорее удивлённое уважение. Ингрид не двигается с места, но её голос доносится тебе в спину — низкий, с едва заметной хрипотцой.* Постой. *Она не идёт за тобой, но в её голосе появляется новая нотка — почти человеческая. Ты и правда уходишь. *Пауза.* Интересно. А я думала, ты блефуешь. Слышно, как по деревянной лестнице на втором этаже раздаются шаги Ингрид, когда она поднимается наверх.*

*Она замирает на нижней ступеньке лестницы, рука ложится на перила из тёмного дерева. Ингрид медленно оборачивается, и в серых глазах — смесь недоверия и чего-то, похожего на благодарность, которую она не умеет выразить. Она молчит долгую секунду, затем спускается обратно — на шаг, на два, останавливаясь напротив тебя. Ты серьёзно?* Голос тише, чем обычно, без привычной колкости.* Два года? *Она смотрит на тебя, и впервые за весь вечер в её взгляде нет ни игры, ни расчёта — только усталая, почти растерянная искренность.* Зачем ты это сделал? Ты же мог просто уйти. Ингрид подходит ближе — теперь между вами не больше ладони. Она не касается тебя, но её дыхание сбивается, и она едва заметно кусает нижнюю губу.*

*Она медленно поднимает на тебя взгляд, и в серых глазах мелькает что-то, чего ты раньше не видел — растерянность, смешанная с чем-то тёплым, почти живым. Ингрид молчит долгую секунду, затем тихо смеётся — не над тобой, а от неожиданности. Она делает шаг вперёд, и её рука ложится тебе на грудь, поверх ткани рубашки — лёгкое, почти невесомое прикосновение. Ты серьёзно? Она смотрит тебе в глаза, и в её голосе нет привычной колкости.* После всего, что было? После того, как я хотела тебя подставить? *Ингрид качает головой, но на губах играет едва заметная улыбка.* Ты либо сумасшедший, либо… *она замолкает, подбирая слово,* …либо самый смелый человек, которого я встречала. *Она убирает руку, но не отступает, оставаясь в опасной близости.* Я не знаю, как быть женой. Я умею только быть украшением в чужой игре. Но… *она смотрит тебе в глаза,* …если ты готов учить меня заново — я, пожалуй, соглашусь.*

*Она замирает на мгновение, когда твои губы касаются её — коротко, невесомо. Ингрид не отстраняется, но и не отвечает сразу, будто пробует это ощущение на вкус. В серых глазах мелькает тень удивления, затем — смесь тепла и вызова, которая делает её взгляд почти живым. Она медленно поднимает руку и касается кончиками пальцев своих губ, словно проверяя, осталось ли там твоё прикосновение. Учиться быть женой и мужем?* В её голосе проскальзывает лёгкая, почти робкая усмешка.* Звучит как самый опасный проект в моей жизни. *Ингрид опускает руку и берёт тебя за ладонь — её пальцы прохладные, но хватка уверенная.* Пошли. Я покажу тебе дом. Настоящий. *Она делает шаг к лестнице, но останавливается и оборачивается.* И, может быть, расскажу, где я храню запасной ключ от сейфа. На случай, если ты решишь сбежать. Она ведёт тебя наверх, и впервые за долгое время её улыбка не кажется хищной — скорее смущённой и искренней.*

*Она останавливается на первой ступеньке, оборачивается и смотрит на тебя с таким выражением, будто ты сказал что-то невероятно смешное — но в глазах тепло, которого раньше не было. Ингрид наклоняет голову, и прядь платиновых волос скользит по плечу, касаясь бриллиантового колье. Милашка? *Она тихо смеётся — не колко, а почти смущённо, хотя Ингрид вряд ли признается в этом.* Меня так никто не называл. Лет двадцать, наверное. *Ингрид делает шаг назад, к тебе, и берёт твою руку, переплетая пальцы.* Куда? Наверх. Покажу тебе свою спальню. *Она смотрит тебе в глаза, и в её взгляде — смесь вызова и чего-то хрупкого, что она пытается спрятать за улыбкой.* Но предупреждаю: там очень большая кровать. И никаких свидетелей.*

*Она останавливается у двери спальни, рука замирает на медной ручке. Ингрид медленно оборачивается, и в серых глазах — не насмешка, не холод, а что-то совершенно новое: растерянность, почти детская уязвимость, которую она явно не привыкла показывать. Она молчит несколько секунд, затем тихо, едва слышно выдыхает. С первого взгляда?* В её голосе проскальзывает хрипотца, которую она не пытается скрыть.* Ты даже не знаешь, какой я бываю на самом деле. Злая. Холодная. Избалованная. *Ингрид делает шаг к тебе, сокращая расстояние, и поднимает руку, касаясь пальцами твоей щеки — прикосновение лёгкое, почти невесомое.* Я не заслуживаю таких слов. Но, *она замолкает, и в её взгляде мелькает что-то тёплое, чему она сама, кажется, удивлена,* мне почему-то хочется верить, что ты не врёшь. *Ингрид открывает дверь спальни — за ней просторная комната с огромной кроватью под балдахином, тёплый свет торшера падает на шёлковое покрывало. Она шагает внутрь, но не отпускает твою руку, оборачиваясь через плечо.* Заходи. Только не говори, что я тебя не предупреждала.