Дарина — ролка на 34 реплики

*Застывает на мгновение, пальцы сильнее сжимают чашку. Смотрит на тебя, не моргая, потом медленно ставит кофе на стол — дно звонко ударяет о дерево.* Ты знаешь?.. Откуда? Я вчера тебе звонила? Писала? *Проводит ладонью по запястью, где виднеются лёгкие следы, будто проверяет, на месте ли они. Голос становится тише, почти шёпотом.* Я не хочу от тебя шуток. Расскажи. Потому что у меня в сумке чужой адрес, и я не помню, как оказалась дома. *(Её трясёт. Она пытается понять, смеётся ли он над ней — или над собой.)*

*Резко отводит взгляд, пальцы намертво вцепляются в тонкую цепочку на шее. Дышит через раз, словно каждое слово Сергея — удар под дых.* *Она не должна была... я просила её никому не говорить. Даже если бы ты спросил.* *Встаёт, подходит к окну, обнимает себя за плечи. Голос становится тише, почти шёпотом, но с металлической ноткой.* А теперь скажи мне прямо — что ещё она тебе сказала? Только не ври, я чувствую, когда ты недоговариваешь. ((Он знает больше, чем говорит. Или догадывается. Что хуже — она понимает, что проговорилась сама.))

*Резко оборачивается, пальцы так и впиваются в цепочку. Смотрит на тебя долго, потом медленно опускает руку, и голос становится ниже, глуше.* Ты про меня сейчас, да? Про то, что я вчера... одна уехала? *Подходит ближе, останавливается в шаге. Взгляд не отводит, но внутри всё сжимается от того, как ты это сказал.* Я не знаю, что было вчера, Серёж. Это и страшно — я правда не помню, как села в такси. Но я не... я не такая, как они. Просто сегодня утром нашла в сумке записку с адресом и не могу объяснить, откуда она. ((Он думает, я как те бабы. А может, я и правда такая. Хуже всего — я сама не знаю ответа.))

*Она застывает, как будто её ударили. Медленно поднимает руку, проводит пальцами по губам, потом опускает взгляд на запястье, где остались следы. Смотрит на них долго, будто впервые видит.* Ты... ты видел, как меня сажали в машину? И ты их знаешь?.. *Голос срывается, она делает шаг назад, натыкается спиной на подлокотник дивана и садится, не глядя на тебя.* Я не помню. Совсем. Проснулась — на диване, ты рядом. Я думала, это просто... я перебрала. А ты всё это время знал. *(Она сжимает цепочку так, что та впивается в кожу. Стыд и страх смешиваются в одно липкое чувство — она не знает, чего больше.)* И ты меня домой принёс. Даже после... этого.

*Она смотрит на флешку, и всё внутри леденеет. Медленно поднимает глаза, встречая твой взгляд. Губы дрожат, но голос звучит тихо и ровно, без истерики.* Ты носишь это с собой... и открыл только сейчас? Всё это время ты знал и молчал? *Опускает руку, сжимает цепочку на шее, будто проверяя, на месте ли. Смотрит на тебя долго, потом отводит взгляд в сторону, к окну, где уже светлеет небо.* Я не знаю, что там. Я правда не помню, как села в ту машину. Но я здесь — рядом с тобой. И я не убегаю. *Переводит взгляд обратно, впервые за весь разговор прямо и без защиты.* Ты хочешь, чтобы я просила прощения? За то, чего сама не помню?

*Она медленно поднимает руку и сжимает пальцами цепочку, на которой уже нет флешки. Смотрит на тебя, не мигая, и в глазах — пустота, как после удара. Голос тихий, почти безжизненный.* Ты вымыл меня. Вытащил из меня... всё это. И посмотрел. А потом отнёс на диван и укрыл одеялом. *Пауза. Она опускает взгляд на свои руки, сжатые в кулаки, разжимает пальцы.* Я не помню, как они меня сажали. Но я помню, что проснулась не одна. И это худшее — что я не могу сказать тебе, что это была не я. *Поднимает глаза, в них слёзы, которые она не смахивает.* Я не прошу прощения, Серёж. Я не знаю, за что. Но я здесь. И я не буду делать вид, что ничего не было.

*Она застывает перед экраном, не в силах отвести взгляд. Слышит собственный голос — чужой, незнакомый, полный такого удовольствия, которого она не помнит. Пальцы сжимают край кардигана, костяшки белеют.* *Она смотрит, как её тело извивается под тремя мужчинами, как она сама тянется за членом, как кричит — и внутри что-то обрывается. Не от ужаса. От странного, липкого узнавания.* ((Я это делала. Я это любила. И он теперь знает.)) *Переводит взгляд на тебя, оторвавшись от экрана. Голос тихий, но ровный.* Выключи. Я не хочу, чтобы ты это смотрел. *Она делает шаг к тебе, останавливается в полуметре. Смотрит прямо, без стыда и без вызова.* Ты хотел, чтобы я увидела себя настоящую. Увидела. И что теперь?

*Она медленно подносит ладонь к груди, проводит по ткани кардигана, чувствуя влажное пятно. Смотрит на пальцы, потом поднимает взгляд на тебя. Лицо белое, но глаза сухие.* На свадьбе?.. Ты серьёзно? Всё это время... прямо под носом? *Голос ломается, она сглатывает и продолжает тише, почти шёпотом.* *Они называют меня сосудом. А ты всё это время носил меня на руках. Я не знаю, что хуже — то, что я не помню, или то, что ты помнишь вместо меня.* *Сжимает цепочку, потом отпускает, опускает руку вдоль тела.* Я не буду просить тебя остаться. Но и уходить не буду. Если хочешь — выгоняй. Если нет — просто скажи, что делать дальше.

*Она смотрит, как флешка падает в огонь, и по щеке наконец скатывается одна слеза. Медленно поднимает руку — и впервые за всё утро касается твоего лица, проводит ладонью по щеке, будто стирает невидимую грязь.* Я помню, как мы танцевали на нашей свадьбе. Ты наступил мне на ногу и сказал, что это к счастью. *Голос срывается, она продолжает почти шёпотом.* Я не знаю, как так вышло. Но я знаю, что здесь — мой дом. И я не хочу его терять. *Опускает руку, берёт твою ладонь, переплетает пальцы.* Я не буду обещать, что стану другой. Я просто буду здесь. С тобой. И может, со временем ты снова сможешь смотреть на меня так, как сейчас — не отворачиваясь.

*Она замирает, слыша твой вопрос. Пальцы медленно выпускают твою ладонь, и она делает шаг назад, к дивану. Садится, обхватив себя за плечи, смотрит в пол.* Ты правда хочешь это знать? Всё?.. *Молчит долго, потом поднимает глаза. В них — усталость, а не стыд.* Да. Были. Не могу сказать, сколько — я не считала. Это случалось… когда ты был на сменах, когда я уезжала “к маме”. Я не искала их специально, но и не отказывала, когда они появлялись. *Она сжимает цепочку, голос становится тише.* Мне стыдно, Серёж. Но не за то, что я делала, — а за то, что делала это за твоей спиной и говорила, что люблю тебя. И сейчас говорю. Как-то уживается во мне всё это — и я не знаю, как это объяснить. *Переводит взгляд на огонь в камине.* Ты просил меня сказать — я сказала. Дальше решай ты.

*От удара её бросает на кровать, она вскрикивает, но не пытается закрыться. Ремень со свистом опускается на спину, на ягодицы, оставляя красные полосы. Она стискивает зубы, вцепляясь пальцами в одеяло, но не просит остановиться.* *На очередном ударе она выдыхает, скорее стон, чем крик. Оборачивается через плечо, смотрит на тебя мокрыми глазами, но в них — не страх.* Ты хочешь знать, почему я бегала за другими? Потому что ты всегда был слишком нежным. Слишком правильным. А я — я не такая, как ты думаешь. *Она приподнимается на локтях, подставляя спину под следующий удар.* Я не шлюха, Серёж. Я просто... хочу, чтобы меня брали. А не гладили. Если ты можешь — бери. Если нет — отпусти.

*Она вскрикивает, когда он входит одним рывком, пальцы впиваются в подушку. Тело выгибается, но она не пытается вырваться — наоборот, подаётся назад, принимая его глубже. Крики срываются в хриплый стон, перемешанный со слезами.* Да... вот так... сильнее... *Когда он переворачивает её, она смотрит на тебя мутными глазами, грудь тяжело вздымается. Она тянет его за плечи, притягивая ближе, обхватывая ногами его талию.* Ты наконец-то понял, что мне нужно. Не останавливайся. Я хочу чувствовать тебя до самого конца. *Она закрывает глаза, отдаваясь ритму, и впервые за долгое время не думает ни о ком другом.*

*Она выгибается под ним, вскрикивая от каждого толчка, но не отталкивает — тянет его за плечи ещё ближе, впиваясь ногтями в спину. Слёзы смешиваются с потом, но в глазах — не боль, а какое-то дикое, освобождающее безумие.* Да... вот так... разрывай меня... я твоя... только твоя... *Когда он кусает грудь, она вскрикивает и вцепляется в его волосы, прижимая крепче. Голос хриплый, срывающийся на стон.* Я запомню этот день. Ты наконец показал мне, кто ты. И я не уйду. Даже если буду ползать — я останусь. *Она смотрит ему в глаза, не отводя взгляда, и подаётся бёдрами навстречу, принимая каждое движение.*

*Она на миг замирает под ним, чувствуя, как он наполняет её, и выдыхает — долго, с хрипом, будто всё тело наконец отпускает. Пальцы разжимаются на его спине, скользят по мокрой коже и зарываются в волосы на затылке. Ладонь ложится на его щёку, и она прижимается лбом к его лбу.* И я тебя. Такого. Единственного. *Она смотрит на красные полосы у себя на запястьях, на следы укусов на груди — и не отворачивается. Медленно проводит пальцем по цепочке, оставшейся на шее.* Ты выбил из меня всё, что было до тебя. Теперь во мне только ты. *Она обнимает его, прижимая к себе, и шепчет, почти неслышно:* Не отпускай. Никогда.

*Она опускается на колени, не сопротивляясь, когда он тянет её за волосы. Смотрит снизу вверх, облизывая губы, и раскрывает рот, принимая его. Глаза не закрывает — смотрит на тебя, пока он входит глубже, пока слёзы не выступают от давления.* *Она берёт его рукой у основания, помогая себе, и заглатывает до конца, замирая на мгновение, чувствуя, как он упирается в горло. Потом медленно отстраняется, тянется снова, вбирая глубже, и мычит, давая понять, что ей нравится. Рука скользит по его бедру, пальцы сжимаются.* *Выдыхает, отрываясь на секунду, мокрые губы блестят, голос хриплый:* Ты мой хозяин сегодня. Делай что хочешь. Я не подведу. *Она снова берёт его в рот, глубже, почти без пауз, и смотрит на ремень над головой, не отводя взгляда.*

*Она держит его за ягодицы, прижимая к себе, пока он изливается глубоко в горло. Глотает, не отстраняясь, чувствуя, как живот наполняется теплом. Когда он выходит, она медленно опускается на пятки, вытирает губы тыльной стороной ладони, смотрит на тебя снизу вверх. Голос хриплый, но ровный.* Я запомню эту ночь. И каждую следующую. *Она проводит рукой по животу, сглатывая остатки, и тянется к твоей руке, прижимаясь щекой к его ладони.* Никуда я не денусь. Это ты обещай, что не отпустишь. *Её пальцы переплетаются с его пальцами, и она замирает, глядя на догорающий огонь в камине.*