Правило для тренера

Правило для тренера

Ксения, тренер по кроссфиту, наказывает своего любовника Игоря за опоздание после тренировки. Юрист сам выпросил это правило, мечтая о её власти над ним.

📖 7 мин чтения#фемдом#госпожа#подчинение#бдсм
7 мин чтенияШрифт можно увеличить

За окном новосибирского зала уже стемнело, и неон вывески «КРОССФИТ ЗОНА» бросал на матовый пол красноватые полосы. Я заперла дверь на щеколду и повернулась к Игорю.

Он стоял у скамьи в своей дурацкой безупречной рубашке, хотя уже переоделся в чёрные шорты и старые кроссовки. Рубашку он всегда снимал в последнюю очередь — будто не мог до конца расстаться с образом юриста из конторы на Красном проспекте. Сейчас она липла к его спине, влажная после разминки.

— Ты опоздал на девять минут, — сказала я, подходя ближе.

Игорь поднял на меня глаза. Карие, с неправдоподобно длинными ресницами, из-за которых секретарши в суде, наверное, думали, что он слишком мягкий для арбитража.

— Ксюш, пробки. Пятница, все едут на дачи.

— Это не ответ.

Он выдохнул и сам — сам, Господи, как же я это обожала — опустился на колени. Не по моей команде. Просто потому, что знал, чего я жду.

— Наказание, тренер.

Я смотрела на него сверху вниз. Двадцатишестилетний Игорь, который в зале суда разбивал аргументы оппонентов, стоял передо мной на коленях в пустом спортзале и ждал, когда я прикажу ему приседать.

— Десять наказательных, — произнесла я. — Считай. Если собьёшься, начнём заново.

— Десять, — повторил он, вставая.

Он приседал у зеркальной стены. Каждое движение — глубокое, медленное, с прямой спиной. Я стояла сзади и следила за углом в коленях.

— Ниже.

— Тренер...

— Это разговор? Или ты думаешь, что отделаешься от меня жалостливым тоном?

Игорь опустился так, что потянулись мышцы на задней поверхности бёдер. Он был хорош, когда преодолевал. Напряжение проступало под кожей — результат того, что он начал заниматься со мной ещё в апреле, сначала просто как с тренером.

— Четыре... пять... шесть...

На седьмом он замедлился. Я видела, как дрожат его бёдра.

— Игорь.

— Семь.

— Ты же понимаешь, что после задания я тебя всё равно накажу.

— Да, тренер.

— За что?

Он закончил приседание и замер.

— За опоздание. И за то, что не предупредил заранее.

— Хороший мальчик.

Я никогда не думала, что мне понравится так говорить. Но с Игорем это выходило так естественно, что иногда меня саму пугала лёгкость, с которой я входила в роль. Ему было двадцать шесть, мне — тридцать один. Я вела кроссфит. Он — юридические войны в стеклянной башне. А между нами было это: пустой зал, его добровольное подчинение и моя ладонь, которая уже покалывала от предвкушения.

— Иди сюда.

Он подошёл. Я сняла с его плеча полотенце и бросила на пол.

— На четвереньки.

Игорь опустился. Его спина выгнулась, лопатки сошлись под влажной тканью. Я медленно провела ногтями по его спине — от крестца вверх, к шее.

— Сколько раз ты получишь?

— Десять, — ответил он без колебаний.

— По две на каждую ягодицу. Я хочу, чтобы ты считал.

— Да, тренер.

Первый шлепок был звонким. Кожа под моей ладонью напряглась, он втянул воздух.

— Один.

— За что?

— За опоздание.

— Хорошо.

Второй — чуть выше, там, где ягодица переходила в бедро. Игорь тихо застонал.

— Два.

— Что ты должен был сделать?

— Написать. Позвонить. Предупредить.

— А ты?

— А я думал, что успею.

Третий — с другой стороны. Четвёртый — туда же, резче.

— Четыре...

Я наклонилась к его уху. Волосы щекотали моё лицо.

— А теперь скажи, кто передо мной.

Он всхлипнул — не от боли, я знала этот всхлип. От облегчения.

— Твой послушный мальчик.

— Который...

— Который сам попросил это правило. Тренер, пожалуйста, ещё.

Я выпрямилась. Секунду смотрела на него — на то, как он уже не пытается держать спину, как его плечи опускаются, как пальцы впиваются в покрытие.

— Пять.

— Пять, — повторил он, захлёбываясь.

Шестой, седьмой. Он начал считать с опозданием, путая цифры. Восьмой — и с его губ сорвалось что-то среднее между стоном и шёпотом.

— Восемь...

— Почти.

— Ещё, — выдохнул он. — Ксюш, ещё.

Девятый. Десятый — сильный, отдавшийся в мою ладонь. Его тело дёрнулось, он вскрикнул и сразу же прошептал:

— Десять... десять, тренер.

Я опустилась рядом с ним на колени. Он был красный, мокрый, дрожащий. Впервые за весь вечер я улыбнулась — по-настоящему.

— Теперь иди сюда.

Я легла на спину на пол, подтянула его за плечи. Он смотрел на меня как на что-то невозможное.

— Чего ты ждёшь? — спросила я, притягивая его к своему лицу. — Ты доставил мне удовольствие. Теперь твоя очередь.

Его губы на моей шее. Сначала сдержанные, ещё подрагивающие после наказания. Потом смелее — он целовал меня так, будто хотел загладить каждую секунду опоздания. Я запустила пальцы в его мокрые волосы, сжала их у корней.

— Не торопись, — сказала я.

— Не буду.

Его руки скользнули под мой топ. Он знал, где меня трогать, — изучил за последние месяцы. Ладони набрали мою грудь через спортивное бельё сначала нежно, потом сильнее, когда я накрыла его пальцы своими и сжала, показывая, что хочу.

— Сними, — приказала я.

Он стянул топ через голову. Я осталась в одном лифчике, и его губы сразу оказались на моём соске — прямо через мокрую от пота ткань. Влажно, горячо. Я застонала, и он оторвался:

— Ты замёрзнешь.

— Я в порядке.

— На полу же...

— Игорь.

Он замолчал и снова опустился ко мне. Я перевернула нас — резко, используя всю силу, что тренировала годами. Теперь он лежал на спине, а я сидела на его бёдрах. Его шорты уже не скрывали, как он меня хочет.

Я наклонилась, поцеловала его в грудь — в солоноватую кожу, в то место, где сумасшедше билось сердце.

— Раздвинь ноги.

Игорь послушался. Я провела рукой по его внутренней стороне бедра, чувствуя, как он напрягся.

— Ты снова хочешь?

— Да.

— Что?

— Тебя. Хочу тебя, тренер.

Я расстегнула его шорты и приспустила. Член уже был твёрдым, влажным на головке. Я обхватила его ладонью — сначала медленно, глядя Игорю прямо в глаза. Он прикрыл веки.

— Нет. Смотри.

Он открыл глаза. Его взгляд был затуманенным, злым от желания.

— Я хочу, чтобы ты видел, кто тебя доит. И не смей кончать, пока я не разрешу.

— Да, тренер.

Моя рука двигалась быстрее. Я знала его тело — как он вздрагивает, когда я провожу по уздечке, как стонет, когда я сжимаю пальцы у основания. Он держался. Держался изо всех сил, царапая пол.

— Ты хороший, — шептала я. — Мой воспитанный мальчик.

— Ксюш... я...

— Ещё нет.

Его бёдра поднимались навстречу. Я замедлила движение, и он застонал так отчаянно, что эхо пошло по залу. Тогда я наклонилась и провела языком по его губам.

— Скажи, что никогда больше не заставишь меня ждать.

— Никогда, — прохрипел он. — Никогда, тренер.

— Вот теперь можно.

Он кончил с глухим, почти мучительным выдохом, выгнувшись подо мной. Семя попало мне на живот, на его низ живота, на край спортивного лифчика. Я смотрела, как его тело содрогается, и чувствовала себя победительницей.

— Молодец.

Игорь лежал, раскинув руки, пытаясь отдышаться. Я поднялась, подошла к своему рюкзаку, достала салфетки. Бросила ему.

— Приведи себя в порядок.

— Да, тренер.

Мы молчали, пока он вытирался. Потом он сказал — тихо, в потолок:

— У меня в понедельник слушание. По крупному делу.

Я натянула топ обратно.

— И?

— Я стою перед судьёй, а сам думаю, как приятно горели бёдра весь уикенд.

Я усмехнулась и подошла к нему. Протянула руку.

— Значит, синяки будут кстати. Будут напоминать, кто твой настоящий тренер.

Он взялся за мою ладонь и встал. Наши лица оказались совсем близко. Он снова поцеловал меня — уже спокойно, с благодарностью.

— Спасибо, Ксюш.

— За что?

— За правила. За то, что не позволяешь мне расслабляться.

Я провела по его щеке костяшками пальцев.

— Приходи в следующий раз вовремя. Или я придумаю что-то похуже.

— Обещаешь?

Его спортивная сумка стояла у входа. Мою он взял не спрашивая, забросил на плечо рядом со своей.

— Я провожу тебя до дома, — сказал он. — Сначала занесём твою сумку.

Я только кивнула. За окном всё так же горели неоновые буквы, и в зеркальной стене я видела нас: он — с двумя сумками, я — с видом женщины, которой не нужно ничего объяснять.

— Кстати, — сказала я, когда мы вышли в прохладный новосибирский вечер. — Тебе идёт, когда ты считаешь вслух.

Игорь поправил лямку моей сумки и улыбнулся — тайно, только мне.

Ксюша

Продолжи с Ксюшей

Она помнит всё, что было в рассказе. Выбери, с чего начать, или напиши своё.

💬 — Узнаю, что за дело у тебя в понедельник, — Подожди, а какое слушание?💬 — А если партнёры увидят твои шорты? — Не бойся, они длинные.💬 — Завтра приди на час раньше, тренер. — Раньше — это тоже наказание?Открыть чат с Ксюшей

Ещё в «Фемдом»

Правило лепесткаФемдомПравило лепесткаХозяйка цветочной лавки в Алматы вводит для юного курьера строгое правило: за каждую ошибку — колени и её имя. Вечерний урок оборачивается тем, чего он добивался с первой доставки.#фемдом#госпожа#подчинение#милф📖 9 мин💬 продолжить с ЕвойВедущая в берлинском лофтеФемдомВедущая в берлинском лофтеДвадцатидевятилетняя специалистка по кибербезопасности Алина приезжает в берлинский лофт к директору по логистике, который сам попросил её вести. Сорокадвухлетний Сергей отдаёт ей последнее слово, и привычная офисная иерархия переворачивается.#фемдом#подчинение#бдсм#госпожа📖 10 мин💬 продолжить с АлинойПолароид для госпожиФемдомПолароид для госпожиВ дубайском номере арт-директор Элина устраивает молодому фотографу Марку «кастинг подчинения» через объектив. Каждый щелчок полароида приближает его к контракту, который подписывается не чернилами, а поцелуем.#фемдом#бдсм#подчинение#госпожа📖 11 мин💬 продолжить с Алисой
Все рассказы «Фемдом»