Фредерик — ролка на 20 реплик

*Фредерик медленно обходит стол, пальцы скользят по полированной поверхности красного дерева, прежде чем остановиться напротив тебя.* Предложения — это интересно. Обычно мне предлагают деньги, машины, недвижимость. *Он останавливается, чуть склонив голову набок, изучая твоё лицо в приглушённом свете настольной лампы. Но ты, я смотрю, не из тех, кто играет по стандартному сценарию. Что именно ты готова предложить, милая? Только учти — время торговли я не люблю. Проводит большим пальцем по краю стакана с виски, не отрывая от тебя взгляда.* ((Любопытно, что она выкинет. Либо наивность, либо отчаянный ход.))

*Фредерик замирает с поднесённым к губам стаканом, затем медленно ставит его на стол. Тишина затягивается на две секунды дольше, чем нужно.* Бухгалтерия. *Повторяет, словно пробуя слово на вкус.* В моём казино? *Он делает шаг в твою сторону, чуть наклоняя голову, и в свете настольной лампы на миг блестит стальной перстень.* Милая, ты влезла на триста тысяч. С процентами — четыреста двадцать. Ты собираешься их пересчитывать? Или, может, украсть из моей же кассы, чтобы закрыть долг? *Он останавливается в полуметре от тебя, руки спокойно опущены, но во взгляде — холодное любопытство хищника, который решил немного поиграть с добычей, прежде чем перейти к делу.* ((Забавно. Хотя бы не слёзный концерт.))

*Фредерик молчит несколько секунд, затем делает шаг вперёд, сокращая расстояние почти вплотную. Он не касается тебя, но его близость становится ощутимой — запах дорогого одеколона, тепло тела, сталь в голосе.* Ты действительно думаешь, что я пущу тебя к своим счетам? Ту, которая уже проиграла здесь состояние и теперь предлагает мне сомнительную сделку вместо денег? *Он чуть наклоняет голову, и в его голосе прорезается усмешка.* Я владею семью заведениями в трёх странах. Моя бухгалтерия стоит дороже, чем твоя свобода. Так что давай без игр, дорогая. У тебя есть две недели. Потом разговор будет совсем другим. *Он отступает ровно на полшага, давая тебе воздух, но не выпуская из цепкого взгляда.*

*Фредерик замирает. Тишина становится абсолютной — даже кондиционер, кажется, перестаёт гудеть. Он медленно ставит стакан на стол, с лёгким стуком.* Душнила. *Повторяет, будто пробуя слово на зуб. В его голосе — ледяное спокойствие, которое страшнее крика.* Девочка, ты либо совсем глупа, либо у тебя стальные яйца. Задолжать мне почти полмиллиона, а потом назвать меня душнилой в моём же кабинете. *Он поправляет манжету рубашки, неспешно, с расстановкой.* ((Так. Либо она блефует с таким лицом, либо у неё действительно есть козырь, который я не вижу. Но характер — да, есть.)) Я могу предложить тебе другой вариант. Прямо сейчас. *Он выдерживает паузу, встречаясь с тобой взглядом.* Садишься за тот стол, я даю тебе колоду. Ты обыгрываешь меня в покер один на один — и я прощаю половину долга. Проигрываешь — отрабатываешь всё до копейки по моим правилам. Без бухгалтерий. Без торговли. Идёт?

*Фредерик на мгновение застывает, затем на его губах появляется тень усмешки — редкое зрелище, которое длится не дольше вспышки света на стекле. Он молча достаёт из ящика стола новую колоду, ловко срывает целлофан и одним движением рассыпает карты веером по столу.* Садись. *Короткий жест в сторону кожаного кресла напротив.* И запомни, должница: я не просто владелец казино. Я играл в этот покер с теми, кто потом не мог сдать даже свою собственную жизнь. *Он садится, расстегивая пиджак, и опирается локтями на стол, сцепляя пальцы.* ((Саморазвитие, надо же. У неё либо характер, либо она действительно не понимает, во что ввязалась. Посмотрим.)) Ставки сделаны. Твой ход.

*Он медленно сдаёт карты, одно за другим, не отрывая взгляда от твоих пальцев — лёгкое движение, без лишнего блеска, без попытки произвести впечатление.* Правила простые. Техасский холдем. Без лимита. Играем до тех пор, пока один из нас не останется без фишек. *Фредерик откидывается на спинку кресла, показывая, что не торопится — и не даст себя торопить.* У тебя есть ровно минута, чтобы либо вскрыться, либо поднять. Я жду. *В комнате слышен только тихий шелест карт и далёкий приглушённый шум игрового зала, пробивающийся сквозь звукоизоляцию.* ((Будет интересно посмотреть, как быстро она сломается или покажет что-то стоящее.))

*Фредерик перехватывает твою улыбку, и на долю секунды в его глазах мелькает тень удивления, которое он тут же гасит ровным взглядом. Он медленно подносит к губам стакан и делает глоток, не сводя с тебя глаз.* Что ж, улыбка — неплохая ставка. Многие здесь улыбались, когда думали, что поймали удачу за хвост. *Он ставит стакан на стол и одним пальцем пододвигает к центру стопку фишек — ровно половину своих.* Вижу твой азарт. Поднимаю на пятьдесят тысяч. *Фредерик откидывается на спинку кресла, скрещивая руки на груди, и смотрит на тебя с лёгким вызовом.* Посмотрим, насколько твоя улыбка широка, когда на кону реальные деньги. ((Интересно, это уверенность или просто хорошая игра. Скоро узнаем.))

*Фредерик на мгновение замирает, затем медленно, почти лениво, складывает карты в одну стопку и отодвигает их на край стола. В наступившей тишине слышно, как где-то в коридоре хлопает дверь.* Ты первая за долгое время, кто спросил об этом прямо. *Он сцепляет пальцы на столе и наклоняется вперёд, понижая голос до почти интимного шёпота.* Обычно мне смотрят в рот и кивают. Или плачут. Или пытаются торговаться до последнего. *Его взгляд становится тяжелее, словно прощупывает твою кожу.* А ты смотришь на меня так, будто уже знаешь ответ. Так скажи мне, милая — чего я хочу на самом деле? *Он выдерживает паузу, давая тебе слово, но в его позе нет ни капли расслабленности — скорее готовность ударить первой.* ((Посмотрим, насколько она проницательна. Или самоуверенна. И то, и другое может быть опасно.))

*Фредерик медленно проводит пальцем по краю стакана, оставляя на стекле прозрачный след. Тишина затягивается ровно настолько, чтобы ты почувствовала её вес, прежде чем он заговорит.* Многогранный ответ для той, кто якобы играет просто так. *Он поднимается из-за стола — не резко, а плавно, как человек, привыкший, чтобы пространство подстраивалось под него. Обходит стол и останавливается у твоего кресла, кладя руку на высокую спинку, почти касаясь твоего плеча.* Я скажу проще, девочка. Мне надоели одинаковые лица. Одинаковые слёзы. Одинаковые попытки продать одно и то же. *Он наклоняется чуть ниже, и его голос звучит уже почти у самого уха, но не касается кожи.* А ты — неодинаковая. Пока. *Он выпрямляется и делает шаг назад, возвращая дистанцию.* Поэтому я хочу посмотреть, что будет, если дать тебе чуть больше свободы, чем остальным. Умрёшь ты красиво — или взлетишь. А пока — доигрываем. Садись ровнее. Я не люблю, когда мои должники сутулятся.

*Фредерик замирает ровно на секунду. Затем в тишине кабинета раздаётся короткий, сухой смешок — без тепла, скорее похожий на треск льда в стакане.* Истинный альфа. *Повторяет, словно смакуя, и медленно проводит пальцем по краю стола, не сводя с тебя взгляда.* Забавно. Обычно мне говорят «мистер Крейн» или просто молчат, когда я стою так близко. *Он поправляет манжету рубашки, на мгновение задерживая взгляд на запонке.* Хочешь совет, дорогая? В этой комнате альфа только один. И я не ношу майку-алкоголичку и не рычу на луну. Я просто владею всем, что ты видишь, и ещё половиной того, чего не видишь. *Он садится на край стола — расслабленно, но с хищной грацией, загораживая собой свет лампы.* А теперь хватит болтовни. Тебе сдавать. Или ты передумала играть?