Код отчаяния

Код отчаяния

Программист Артём по просьбе своей девушки-бармена прячется в кладовке и наблюдает, как та целуется с Русланом. Вечер заканчивается неожиданным приглашением втроём в подсобку.

📖 10 мин чтения#куколд#измена#вуайеризм#вечеринка
10 мин чтенияШрифт можно увеличить

Артём не сразу понял, зачем Настя привела его в кладовку. Между ящиками с лимонадом пахло цитрусовой кислотой и влажным картоном. Она упёрлась ладонями в его грудь, отступила на шаг и посмотрела так, как смотрят на экран с загруженным кодом — сосредоточенно и весело.

— Посмотри, как я целуюсь с Русланом. И не смей выходить, пока не разрешу.

Ей было двадцать шесть, и иногда она говорила то, от чего у Артёма внутри всё переворачивалось. Он открыл рот, чтобы спросить, шутит ли она, но Настя уже выскользнула в зал, прикрыв дверь. Осталась щель в палец шириной. Артём увидел полоску барной стойки, ряд стаканов на полке и Руслана. Тому было тридцать три, он работал то ли на складе, то ли в сервисе по ремонту холодильников — Артём так и не запомнил, потому что Руслан всегда казался ему слишком громким.

— О, Настюх, а я уж думал, ты сбежала, — сказал Руслан с той интонацией, с которой перекидывают полотенце через плечо.

— Я никогда не сбегаю, — ответила Настя. — Просто решала, куда тебя посадить.

Руслан хохотнул. Артём сглотнул. В кладовке у него затекла шея, он прижался лбом к металлическому стеллажу. Через щель было видно, как Настя подошла к Руслану, положила руки ему на плечи. Не так, как коллега. Медленно, ладонями вниз, будто проверяя, насколько прочно он стоит.

— На барную стойку, — сказала она. — Залезай сам.

Руслан вскинул брови, но подчинился. Он сел на полированную поверхность, свесив ноги. Настя встала между его колен. Артём видел её профиль: острый подбородок, выбившуюся прядь у виска, как она облизала губы — коротко, по-деловому.

— А твой программист не будет против? — спросил Руслан, растягивая слова.

— Он сейчас занят. Пишет что-то важное.

Она поцеловала его первой. Не глубоко, но с нажимом. Руслан положил ладонь ей на талию. Артём заметил, как большой палец Руслана скользнул под край форменной рубашки, по коже над юбкой. Настя не отстранилась. Наоборот, она приподнялась на носках и прижалась сильнее, так что её бёдра оказались между его ног.

Артём должен был злиться. Он попытался. Злость не приходила — вместо неё внутри что-то горячо ворочалось, путалось, как несобранная функция. Он смотрел на то, как Руслан прикусывает её нижнюю губу, как Настя запускает пальцы в его короткие тёмные волосы. Её юбка задралась, когда она подвинулась ближе. Руслан скользнул рукой ниже, смял ткань, потянул вверх.

В зале никого не было — бар открывался через час. Горела половина ламп. Стойка блестела, отполированная тряпкой. Настя отстранилась на секунду и сказала негромко:

— Сядь глубже. Хочу, чтобы ты меня поднял.

Руслан дёрнул её на себя. Она ойкнула — по-настоящему, не наигранно — и оказалась сидящей на стойке рядом с ним, почти верхом на его бедре. Юбка задралась до середины бедра. Кроссовка Насти задела колено Руслана. Он снова поцеловал её, теперь дольше. Артём видел, как двигается его кадык, как Настя чуть откидывает голову. Между их телами не оставалось воздуха.

— Положи руку мне сюда, — сказала Настя. Она взяла его запястье и направила выше, к краю трусиков.

Артёма бросило в жар. В кладовке пахло гнилым апельсином из забытого ящика. Он зажал рот ладонью, потому что ему вдруг стало смешно. Не из-за них. Из-за ситуации. Он стоял среди лимонада, как идиот, смотрел на свою девушку, которая засовывала чужую руку себе под юбку, и не мог ни выйти, ни отвернуться. Настя сама так решила. Он ей доверял. Поэтому и было смешно.

Руслан сделал глубокий вдох. Его штаны — тёмные, рабочие, с широким поясом — зацепились за кран, когда он задвигался. Артём это услышал раньше, чем увидел: короткий звон, треск ткани. Руслан дёрнулся, пытаясь слезть, и штаны съехали на одну сторону. Настя наклонилась вперёд, упёрлась лбом в его плечо и начала смеяться.

— Твой программист, наверное, уже пишет код отчаяния, — прошептал Руслан ей на ухо, и Артём услышал каждое слово.

Вот тут Артём зажал рот уже обеими руками. Слёзы выступили. Он почти согнулся пополам, стараясь не задеть ящики. Код отчаяния. Надо же. Звучало как название для плохого альбома. Он представил, как прямо сейчас сидит за ноутбуком и пишет функцию, которая переживёт измену. И это показалось ему настолько нелепым, что он едва не упал с ящика, на который присел.

Настя подняла голову. Она всё ещё улыбалась, но руку с его бедра не убрала. Наоборот, поправила его съехавший ремень и сказала:

— Давай ещё раз. Только медленно. Хочу, чтобы он увидел, как ты умеешь.

Руслан теперь действовал осторожнее. Он стянул с неё трусики — не снимая юбки. Настя вздохнула. Артём увидел, как её пальцы сжались на краю стойки. Руслан приспустил свои штаны ниже, но ремень уже не цеплялся. Он прижался к ней, и Настя обхватила его ногами. Первый толчок был настолько медленным, что Артём услышал их общий выдох. Она шептала что-то — Артём не разбирал слов. Руслан уткнулся ей в шею, будто хотел спрятаться.

Артём перестал улыбаться. Внизу, в паху, было тяжело. Он прикрыл глаза на секунду и тут же открыл — боялся пропустить. Настя откинула голову. Рыжие волосы растрепались, из пучка торчала шпилька. Она была красива не так, как красивы девушки в кино. Она была живая, со сбившимся дыханием, с белой полоской кожи там, где загар не достал. Руслан держал её крепко, почти грубо, но двигался ровно, слушая её тихие подсказки.

— Теперь быстрее, — сказала Настя.

Он ускорился. Стойка не скрипела. Тишина пустого бара заполнилась только их дыханием и короткими, как сбои в сети, всхлипами Насти. Артём вдруг поймал её взгляд — она смотрела прямо на дверь кладовки, прямо в щель. Смотрела и улыбалась уголком рта. Он знал, что она его не видит, но от этого стало ещё жарче. Она знала, что он там. Знала и продолжала.

Руслан кончил первым, коротко и шумно. Настя погладила его по спине, как успокаивают. Потом сползла со стойки, одёрнула юбку, поправила трусики. Руслан подтянул штаны, застегнул ремень. Лицо у него было красное и довольное.

— А теперь, — Настя повернулась к кладовке, — выходи.

Дверь распахнулась. Артём застыл на ящике, как прерванная команда. Настя подошла к нему, схватила за руку, вытащила в зал. Свет показался слишком ярким. Руслан смотрел на него с усмешкой, но в глазах была и неловкость.

— Ну что, посмотрел? — спросила Настя.

Артём молчал. Горло пересохло. Он посмотрел на неё, на её раскрасневшиеся щёки и довольный рот, на Руслана, который отводил взгляд и потирал затылок.

— Теперь твоя очередь показывать Руслану, как ты умеешь меня обнимать, — сказала она.

Руслан хохотнул, но тут же замолчал. Настя обернулась к нему.

— Идём в подсобку. Втроём. У нас есть полчаса до открытия.

Она пошла первой, покачивая бёдрами чуть сильнее, чем обычно. Артём встретился взглядом с Русланом. Тот пожал плечами.

— Ну, я как бы не против, — тихо сказал Руслан. — А ты?

Артём почувствовал, как снова подкатывает смех — тёплый, щекотный, как первый глоток холодной газировки. Он не ответил. Просто пошёл за Настей.

— Код отчаяния, — пробормотал он себе под нос.

Настя обернулась и улыбнулась.

— Ага. Закомментируешь потом.

В подсобке пахло средством для мытья стёкол и старым деревом. У стены стоял продавленный диван, накрытый пледом в крупную клетку. Настя щёлкнула выключателем, и жёлтая лампочка под потолком осветила стеллажи с бутылками и стопку коробок с салфетками. Она села на край дивана, развела колени и посмотрела на мужчин.

— Руслан уже показал, как он меня хочет. Теперь я хочу видеть, как ты меня узнаёшь, — она кивнула Артёму. — Иди сюда. Медленно.

Артём подошёл. В груди было тихо и звонко. Он взял её лицо в ладони, провёл большими пальцами по скулам. Вниз, по шее, к ключицам. Настя прикрыла глаза. Руслан стоял у двери, сложив руки на груди, и смотрел, как Артём наклоняется, касается её губ своими. Нежно, но с давлением, которое она любила.

— Вот так, — выдохнула Настя ему в рот. — Теперь покажи Руслану, как ты снимаешь с меня рубашку.

Артём расстегнул верхнюю пуговицу, вторую, третью. Чёрная ткань распахнулась. Под ней — белый хлопковый лифчик с тонкими бретелями. Настя вытянула руки, помогая ему стащить рубашку через голову. Её волосы окончательно растрепались, рыжие пряди упали на плечи.

Руслан кашлянул. Артём обернулся.

— Ты можешь сесть, — сказал он. — Или стой. Пока не знаю, что ты здесь делаешь, если не трогаешь её.

Руслан усмехнулся, но сел на корточки у стены, ближе, чем стоял. Его взгляд не сводился с того, как Артём стаскивает с Насти юбку. Она осталась в белых кроссовках и трусиках. Белых, простых, с маленьким бантиком спереди. Артём знал их наизусть и сейчас видел, что они влажные.

— Ты смотрел, как Руслан входит в меня, — сказала Настя. Её голос стал ниже. — Теперь ты. При нём.

Артём расстегнул джинсы, стянул их вниз. Настя обхватила его бедро рукой, потянула к себе. Он навис над ней, упёршись коленом в диван. Она опустила пальцы на его член и провела вверх, по всей длине, не отрывая взгляда от Руслана. Тот сидел тихо, сжимая колени.

— Он мокрый от того, что смотрел, — прошептала Настя. — Тебе повезло, Руслан. Ты будешь смотреть, как он делает это лучше.

— Насть, — выдохнул Артём. Предупреждение, вопрос, мольба — всё сразу.

Она потянула его вниз. Он вошёл в неё без предисловий, так, как умел её брать, когда они торопились или когда злость переплавлялась в нежность. Она застонала сквозь зубы. Артём накрыл её рот поцелуем, коротким, чтобы дать себе секунду привыкнуть к тому, что за ними смотрят.

Руслан встал. Артём услышал шаг. Настя качнула бёдрами, и Артём начал двигаться. Медленно, с той самой точностью, которую она хвалила. Он знал её ритм, как знал горячие клавиши в редакторе: вдох — пауза — толчок глубже.

— Чёрт, — тихо сказал Руслан.

— Подойди, — приказала Настя, не открывая глаз. — Сядь рядом. Сможешь потрогать, если он разрешит.

Артём не остановился. Он опёрся на локоть, вторую руку положил ей на живот, на тёплую полоску кожи над краем трусиков, которые Настя так и не сняла. Толчки стали резче. Настя подняла колени выше, зацепилась кроссовками за его поясницу, и это движение — такое её, такое знакомое — заставило Артёма зашипеть.

Руслан сел на край дивана. Протянул руку, но замер, не коснувшись.

— Можно? — спросил он сипло.

Настя рассмеялась, не открывая глаз.

— Спроси у него.

Артём поймал взгляд Руслана. В груди всё сжалось и разжалось, как пружина. Он кивнул. Руслан положил ладонь ей на колено, выше, на бедро. Настя вздрогнула и подалась навстречу Артёму.

— Сильнее, — сказала она. И уже тише: — Покажи ему, что значит знать женщину.

Артём взял её под бёдра, приподнял, войдя до конца. Она вскрикнула. Руслан сделал короткий вдох, и Артём увидел, как его рука переместилась на её грудь, на сосок, торчащий под тканью лифчика. Настя выгнулась. Диван скрипнул. Артём почувствовал, как ритм уходит из-под контроля, как её стенки сжимаются вокруг него. Он кончил через минуту, не дольше, сдавленно и глубоко, уткнувшись ей в плечо.

Тишина. Лампа мигнула. Настя обняла Артёма обеими руками, погладила по взмокшим волосам. Руслан убрал руку, отсел назад, глядя в пол. Пауза была долгой, но не давящей. Все трое дышали.

— Ну вот, — сказала Настя. Её голос был лёгким, почти довольным. — Никакого кода отчаяния. Одна общая сессия.

Артём поднял голову, поймал её улыбку. Смех снова подкатил — теперь уже у него. Руслан хрюкнул, прикрывая рот кулаком. Настя расхохоталась первой. Через секунду смеялись все трое — громко, в голос, сгибаясь и утирая слёзы. Так, как будто только что прошли через нелепый, общий и очень личный баг.

— Открытие через двадцать минут, — отсмеявшись, сказала Настя и села, поправляя лифчик.

— Осталось девятнадцать, — уточнил Руслан, глядя на дешёвые настенные часы.

Артём поднялся, натянул джинсы. Настя уже застёгивала рубашку. Она подошла к нему, поцеловала в скулу — быстро, по-свойски.

— Ты был лучше, — шепнула она так, чтобы слышал только он.

Он не ответил. Просто улыбнулся, глядя, как Руслан смущённо разглаживает складки на штанах. Впереди была смена, гул посетителей и запах спиртного. А в нём — что-то новое, распакованное, как архив, который ждал своей очереди.

Настя

Продолжи с Настей

Она помнит всё, что было в рассказе. Выбери, с чего начать, или напиши своё.

💬 В подсобке, закрыв дверь, Настя шепчет тебе правила на ухо.💬 Ты берёшь Настю за подбородок и целуешь при Руслане.💬 Руслан протягивает руку, и ты решаешь, позволить ли ему коснуться тебя.Открыть чат с Настей

Ещё в «Куколд»

Громкость на мастер-каналеКуколдГромкость на мастер-каналеВокалистка рок-группы после концерта остаётся в гримёрке с барабанщиком, пока её муж-звукорежиссёр записывает всё через пульт. Она хочет, чтобы её стон услышал весь клуб, — и получает даже больше, чем планировала.#куколд#жена#мжм#вуайеризм📖 6 мин💬 продолжить с ВарваройИнструктаж перед взлётомКуколдИнструктаж перед взлётомВ гостиничном номере Дубая двадцативосьмилетняя стюардесса оказывается между мужем-капитаном и вторым пилотом. Форменный платок снят, и предполётный инструктаж переходит в жёсткую игру на троих.#куколд#измена#мжм#униформа📖 8 мин💬 продолжить с УльянойТренировка после закрытияКуколдТренировка после закрытияТридцатипятилетний Сергей сам попросил тренера жены провести с ней «более близкую тренировку» в пустом зале Москва-Сити. Теперь он сидит у зеркал и смотрит, как двадцативосьмилетний Олег показывает его тридцатиоднолетней Кире, чего она заслуживает.#куколд#жена#вуайеризм#мжм📖 7 мин💬 продолжить с Кирой
Все рассказы «Куколд»